ОСТРОВ ПРОКЛЯТЫХ
Острова в Бостонской бухте, 1954 год
Возьми себя в руки, Тедди.
Возьми себя в руки.
Это просто вода.
До чёрта воды.
Пошёл.
- Скрутило, босс? - Ничего... Просто...
Просто мутит на море.
- Ты мой напарник? - Он самый.
Когда в обнимку с унитазом, не до знакомства.
Это не очень вяжется с образом Тедди Дэниелса,
человека-легенды, скажу я вам.
"Легенды"?
Что вы курите у себя в Портленде, умники?
В Сиэтле.
Я сам из офиса в Сиэтле.
И давно ты в федеральных маршалах?
Четыре года.
- Тогда ты знаешь, что мир тесен. - Конечно.
Ну, а вы холостой? Женаты?
Был женат.
Она умерла.
- Господи. Я... - Брось. Не переживай.
Загорелась квартира снизу, когда я был на службе.
Четверо погибших.
Она задохнулась, а не сгорела. И это...
- Это важно. - Соболезную.
Где, чёрт возьми, мои сигареты?
Держите.
У меня много.
Уверен, что они были в пиджаке.
Госслужащие любят сигареты пострелять.
Спасибо.
Тебя хоть просветили насчёт этого заведения?
Я только знаю, что это психиатрическая больница.
Для убийц и маньяков.
К бедолагам, которые слышат голоса и гоняются за бабочками,
нас не вызовут.
- Это туда мы плывём? - Да.
С другой стороны - отвесные скалы,
крутой обрыв до самой воды.
И пристань, единственный путь на остров. И с острова.
Мы отчалим, как только вы сойдёте на берег.
И уж постарайтесь с этим не мешкать.
- А что? - Шторм идёт.
"Федеральный маршал"
Никогда не видал жетона маршала.
Я замначальника охраны Макферсон, джентльмены.
Добро пожаловать на остров. Я довезу вас до Эшклифа.
Что-то ваши ребята на взводе, мистер Макферсон.
Сейчас, маршал, все на взводе.
"Кладбище при больнице Эшклифа"
"Помните нас, ибо мы тоже жили, любили и смеялись"
Электричество по периметру.
С чего вы взяли?
Я кое-где такое уже видел.
Итак, вам, джентльмены, предоставят любую помощь в следствии.
Но находясь здесь, вы подчиняетесь правилам. Это вам ясно?
Разумеется.
Кирпичное здание справа - корпус "А", отделение для мужчин.
Корпус "В", отделение для женщин - слева.
Корпус "С" - вот то здание на скалах. Это форт времён гражданской войны.
Там содержатся самые опасные пациенты.
И допуск в корпус "С" запрещён без письменного согласия...
и личного присутствия нас обоих - меня и доктора Коули.
Всё понятно?
Как будто безумие заразно.
Здесь вы обязаны сдать огнестрельное оружие.
Мистер Макферсон, мы уполномоченные федеральные маршалы,
и закон требует, чтобы мы всегда были при оружии.
Согласно пункту 319 Федерального закона об исправительных учреждениях,
на охраняемой территории...
действуют распоряжения руководства этих учреждений.
Джентльмены, с оружием вы в эти ворота не войдёте.
Отлично. Можно считать, с официозом покончили.
Пошли, ребята, к доктору Коули?
Когда она сбежала? Заключённая.
На все вопросы доктор Коули ответит вам лично.
Правила.
Тюремная охрана в психиатрической клинике.
Извините, конечно, но это странно.
Нигде в Штатах нет ничего подобного. И в мире тоже.
Мы берём только самых опасных пациентов, с которыми...
не управится ни одна клиника. И это заслуга доктора Коули.
Он создал нечто уникальное.
Больницу для тех, кого общество считает неизлечимыми. Поэтому и охрана.
Ваши документы.
Предъявите жетоны, джентльмены.
Доктора Коули много раз консультировал...
- Скотланд-Ярд, МИ-5, ОСС. - Зачем?
В каком смысле?
По каким вопросам спецслужбы могли консультировать психиатра?
На это вам ответит доктор.
"Посторонним вход воспрещён"
- Маршал Дэниелс. - Доктор.
Маршал Оул.
- Спасибо, Макферсон. Пока всё. - Да, сэр.
Рад знакомству.
Он восхищается вами.
Макферсон незаменим. Он верит в то, чем мы здесь занимаемся.
А поподробней нельзя?
В этический союз между правопорядком и клинической медициной.
Простите, доктор. Между чем и чем?
Эти картины весьма точны.
Раньше таких пациентов, как наши, ждали цепи...
и смерть в нечистотах.
Их избивали. Как будто удары кнута могут изгнать психоз.
В их мозг вкручивали шурупы, окунали в ледяную воду,
пока они не теряли сознание...
Или даже тонули.
- А сейчас? - Мы их лечим.
Стараемся их исцелить.
А если не удаётся, то обеспечиваем им достойную жизнь. Покой.
Они все...
жестокие преступники, так?
Они причиняли людям боль.
- В некоторых случаях убивали. - Почти во всех случаях. Да.
Тогда лично я, доктор, скажу, к чёрту их покой.
Моя работа - пациенты, а не их жертвы, и судить я не вправе.
- А эта заключённая... - Пациентка.
Извините. Пациентка. Некая Рейчел Соландо.
- Сбежала меньше суток назад? - Вчера вечером.
Между десятью и полуночью.
- Она считается опасной? - В общем-то, да.
Рейчел убила троих своих детей.
Утопила их в озере, прямо за домом.
Выводила их на берег по одному и топила, держа за волосы.
А затем внесла их в дом и рассадила за кухонным столом.
Она ужинала, когда заглянул сосед.
А где был её муж?
Он погиб на пляжах Нормандии. Она военная вдова.
Здесь она сразу объявила голодовку. Твердила, что её дети не умерли.
Извините, доктор. У вас случайно нет аспирина?
Мучают головные боли, маршал?
Иногда, но сегодня меня...
- Если честно, просто укачало. - А, обезвоживание.
- Всё в порядке, босс? - Да.
В таком случае, вы правы - чем проще, тем лучше.
Спасибо большое.
Рейчел и сейчас уверена, что её дети живы,
и что это заведение - её дом в Беркшире.
Вы шутите?
За два года она так и не признала, что находится в клинике.
Мы для неё...
разносчики, молочники, почтальоны.
Для поддержания иллюзии будто её дети не погибали,
она создала изощрённый мир вымысла...
и каждому из нас дала роль в её фантазии.
- Вы уже обыскали остров? - Охрана ещё утром всё прочесала.
Ни следа.
И нас не на шутку тревожит, что мы не знаем,
как она выбралась из своей палаты.
Дверь заперта снаружи,
на единственном окне решётка.
Она словно испарилась сквозь стены.
Я привёл её сюда после групповой терапии и запер дверь.
А когда делал ночью обход, её уже не было.
Серьёзно, доктор. Как это возможно, что истина ей так и не открылась?
Это всё же психиатрическая лечебница, так?
Время от времени на это поневоле обращаешь внимание.
- Сколько пар обуви выдают пациентам? - Две пары.
Вменяемость не является предметом нашего выбора,
и не всё решает воля.
Значит, она ушла босиком?
Она не пройдёт и 10 метров по этим скалам.
Маршал?
"Закон четырёх. Кто 67-й?"
Это безусловно подчерк Рейчел.
- Но что значит "закон четырёх"? - Это не из психиатрии?
Боюсь, что нет.
"Кто 67-й?"
Чёрт его знает.
Всё это лишь подтверждает мои клинические выводы.
Вы считаете, что записка - бессмыслица?
О, нет, напротив. Рейчел умна. Даже очень умна.
- Записка может быть очень важна. - Извините доктор, но...
- Нам придётся её изъять. - Конечно.
И вы утверждаете, что она прошла здесь.
После отбоя санитары играют в этом зале в карты.
Прошлой ночью семь человек играли в покер за столом у лестницы.
Но Рейчел умудрилась проскочить мимо.
За что?
Как? В шапке-невидимке?
Доктор, нам нужно изучить личные дела всего персонала.
Сестёр, охраны, санитаров - всех, кто дежурил ночью.
Мы постараемся рассмотреть вашу просьбу.
Это не просьба, доктор.
Мы в федеральном учреждении, и опасная преступница...
- Пациентка. - Пациентка.
Сбежала отсюда. Вы подчинитесь или...
Я постараюсь вам помочь.
Доктор, нам нужно допросить всех, вы понимаете?
Я соберу персонал после ужина.
Если у вас есть ещё вопросы, задайте их Макферсону.
Он продолжает поиски пациентки.
До ближайшего берега 11 миль, а вода ледяная.
Вчера ночью течение было особенно сильным из-за прилива.
Если она разбилась или утонула, её тело вот там вынесет на берег.
А что это за пещеры у воды? Там искали?
Туда ей не добраться.
У подножия скал заросли ядовитого плюща, виргинского дуба, сумаха.
Тысячи здоровенных, как мой член, растений с шипами.
Вы сами сказали, маршал, что она босиком.
Ну всё! Посмотрим с другой стороны!
- Что это за башня? - Это старый маяк.
Его обыскали сверху донизу.
- А там что? Тоже палаты? - Очистное оборудование.
Стемнеет скоро.
На сегодня, пожалуй, всё.
Уходим, ребята!
Значит, вы дежурили наверху лестницы?
Да. И если бы кто-нибудь прошмыгнул вдруг по коридору, я бы заметил.
Мимо кого ещё Рейчел Соландо...
должна была пройти, чтобы сюда спуститься?
Меня.
Глен Мига.
- Сэр, я ничего не видел. - И вы были на посту всю ночь?
Да, но ничего не видел.
Глен.
Правду скажите.
Ну, может... я был в туалете.
Что? Вы нарушили правила? Господи.
Я всего на минуту.
Так, всё, без эмоций. Давайте без эмоций.
Мисс Соландо отвели в палату ещё до отбоя.
Кто знает, как она провела вечер?
Кто-нибудь знает?
Ну, смелее. Кто знает? Кто? Кто? Кто?
Она была на групповой терапии.
Ничего необычного не заметили?
Что значит "необычного"?
- Извините? - Это психиатрическая больница, маршал.
Для преступников.
У нас тут с "обычным" туговато.
Я спрошу иначе.
Вчера вечером, на сеансе групповой терапии что-нибудь запомнилось...
- Не знаю. Вам больше, чем... - Всегда?
Именно.
Нет. Извините.
А мисс Соландо хоть что-нибудь сказала на терапии?
Её очень тревожил дождь.
И раздражала кормёжка.
Она вечно жаловалась. И вчера тоже.
Значит, вы там были. А врач присутствовал?
Да. Доктор Шин вёл беседу.
Доктор Шин?
Да. Он проводил сеанс.
Её лечащий врач.
Психиатр, отвечающий за её лечение.
Нам нужно побеседовать с доктором Шином.
Я боюсь, что это невозможно.
Ещё утром он покинул остров. У него очередной отпуск.
Он и так его долго откладывал.
Усилен режим охраны,
опасная пациентка сбежала,
а вы отпустили с острова её лечащего врача?
Конечно. Он ведь врач.
Он оставил номер телефона для связи?
Алло? Алло?
Алло? Слышите меня?
Извините, сэр, но связи нет на всех линиях.
На материке гроза бушует.
Если соединитесь, немедленно дайте знать.
Маршалу нужно сделать важный звонок.
Да, сэр.
Алло? Алло?
Сейчас у меня вечерний обход, а потом я думаю...
пропустить стаканчик и выкурить сигару. Часов в 9 милости прошу ко мне.
Идёт. И всё обсудим, да?
Весь день обсуждаем, маршал.
Похоже, я ошибся в выборе органов государственной службы.
Немного вычурно. Дом построен в годы гражданской войны,
одновременно с фортом, где сейчас корпус "С".
Здание строили как резиденцию командующего,
но когда "дядя Сэм" получил счёт за работу,
того отдали под трибунал.
Ясно за что.
Красивая музыка. Кто это? Брамс?
Нет.
Это Малер.
Совершенно верно, маршал.
Извините, господа. Это мой коллега, доктор Джеремая Найринг.
"Квартет для фортепиано и струнных ля минор".
- Выбирайте зелье, джентльмены. - Ржаное виски.
Содовую со льдом, пожалуйста.
Не балуете себя алкоголем?
Я удивлён.
Разве люди вашей профессии не любят выпить?
Да, частенько. А вашей?
Извините?
Люди вашей профессии, доктор. Психиатры.
Я слышал, у вас заправляют одни алкоголики.
Нет, я не замечал.
И в бокале, конечно, чай со льдом?
Прекрасно, маршал.
У вас очень сильные защитные механизмы.
Вы, наверное, большой мастер вести допросы?
Люди вроде вас - моя специализация. Люди...
из мира насилия.
Чертовски смелое допущение.
Это не допущение, помилуйте.
Вы меня не так поняли. Я сказал: "Из мира насилия".
Я не имел в виду, что вы сами склонны к насилию. Это совсем другое.
Нет-нет, пожалуйста, просветите, доктор.
Вы оба служили за границей.
Тут большого ума не надо, док.
Впрочем, мы оба перебирали бумажки в штабе.
Нет, всё не так.
Ещё со школьной скамьи так повелось, что вы оба не боялись применять силу.
Нет, не потому, что вам это нравилось.
Просто для вас любое отступление не вариант.
Так уж нас воспитали, док.
Ах, да. "Воспитали".
И кто вас воспитал, маршал?
Меня?
Волки.
Впечатляющие защитные механизмы.
Вы верите в бога, маршал?
Нет, я вполне серьёзно.
(по-немецки) Да, я верю.
Вы когда-нибудь видели лагерь смерти, доктор?
Концентрационный лагерь?
Нет?
Я... Я повидал его при освобождении Дахау.
Ваше произношение зер гуд, вас перфект.
У вас почти нет акцента. Только согласные жестковаты.
Вы что - немец?
Разве законная иммиграция - преступление, маршал?
Я не знаю, доктор. Вам виднее.
Короче. Нам нужны личные дела Шина и, заодно, всех остальных.
Вы не получите личные дела, и точка.
- Но они нужны нам. - Не обсуждается.
Чёрта с два не обсуждается! Чёрта с два!
Кто здесь распоряжается, а?
Доктор Найринг представляет совет попечителей.
Он передал вашу просьбу. Вам отказано.
Отказано? У них нет полномочий отказывать, и у вас тоже, сэр.
Маршал, ведите расследование, а мы окажем содействие.
Расследование окончено.
Мы составим рапорт и отошлём его...
- Ребятам Гувера. - Ребятам Гувера, точно.
И утром мы отсюда отчаливаем.
Пошли, Чак.
Славная ночка.
Заночуете в корпусе для санитаров.
Слушайте, босс. Кроме шуток, мы свалим?
А что?
Даже не знаю. Я ещё никогда так дел не бросал.
Нам вешают лапшу на уши, Чак.
Босая Рейчел Соландо не могла выбраться из палаты в одиночку. Ей помогли.
И помогли здорово.
И возможно, Коули сидит сейчас в своём особняке...
и думает, как нас умаслить.
- Может быть, утром мы... - Вы блефуете?
Я этого не говорил.
Я нашла целую кучу таких бутылок, Тедди.
Господи. Ты вообще не просыхаешь?
Я убил стольких людей на войне.
И поэтому ты пьёшь?
Ты настоящая?
Нет.
Но она ещё здесь.
Кто?
Рейчел?
Она не убегала.
Помнишь, как мы жили на берегу озера, Тедди?
Мы были так счастливы.
Она здесь.
Ты не можешь уехать.
Да, я останусь.
Я тебя так люблю.
От меня остались лишь кости в гробу, Тедди.
Нет.
Я умерла.
Пора уже очнуться.
Я остаюсь.
Ведь ты здесь.
Меня нет.
Признай это.
Но она здесь.
И он тоже.
Кто?
Лэддис.
Я ухожу.
Нет.
Нет, умоляю.
Я не могу без тебя.
- Ещё немного, ещё мгновение. - О, Боже. Тедди...
Освободи меня, дорогой.
Я не могу.
Погода - дерьмо.
Парома сегодня не жди.
Доктор.
Доктор, доктор.
Нужно опросить пациентов, которые были с Рейчел на групповой терапии.
Я думал, расследование окончено.
Сегодня всё равно нет парома.
Какие средства применялись для лечения Рейчел?
Вы знаете, что происходит сегодня в психиатрии, джентльмены?
Нет. Без понятия, доктор.
Война.
Сторонники старой школы выступают за...
Психо-хирургию. Процедуры вроде транс-орбитальной лоботомии.
Одни считают, что это возвращает рассудок, покой.
Другие - что превращает в зомби.
- А за что новая школа? - За психофармакологию.
Появился новый препарат - торазин.
Он вызывает расслабление у психических больных.
Так сказать, укрощает их.
- И какой школы вы, доктор? - Я?
У меня радикальные идеи. Если врач уважает пациентов,
слушает их,
старается их понять, то он может им помочь.
- Этих пациентов, а? - Даже этих.
Последнее, казалось бы, средство становится первой помощью.
Дайте им таблетку и всё пройдёт.
Рейчел Соландо получала сочетание препаратов,
подавляющих склонность к насилию, но эффект был непостоянным.
Основным препятствием к исцелению был отказ признать то, что она совершила.
"Был".
Почему вы говорите о своей пациентке в прошедшем времени, доктор?
В окно посмотрите, маршал.
Как вы думаете?
Так, следующий. Питер Брин.
Набросился на сиделку отца с разбитым стеклянным стаканом.
Сиделка выжила, но её лицо навсегда изуродовано.
Мне не терпится.
Она мне улыбалась. Была такой милой.
Но глазки её выдали. Она любила раздеваться...
и сосать член.
Ясно, мистер Брин.
И вдруг она спрашивает: "А можно стакан воды?"
Наедине на кухне? Как будто так и надо.
- Но что особенного? - Да очевидно же.
Она хотела, чтобы я достал своё хозяйство, а она над ним посмеялась.
Мистер Брин...
нам нужно задать вам пару вопросов, хорошо?
Когда я её резал, она визжала.
Ещё...
Она напугала меня.
Чего она ожидала?
Интересно.
Но мои вопросы о Рейчел Соландо, хорошо?
Рейчел Соландо...
А вы знаете, что она утопила своих детей?
Утопила своих детей!
Мы живём в грёбанном больном мире. И таких надо...
травить газом!
Всех подряд - дебилов, убийц,
нигеров. Убила своих детей? Газом травить!
А... А нельзя без этого?
- Эта сиделка... - Пожалуйста, прекратите.
Эта сиделка... Кто знает, может быть, у неё были дети?
Муж был.
Она работала, чтобы свести концы с концами,
пожить нормальной жизнью.
Я прочёл в твоём деле, что...
Ты в клочья изрезал ей лицо, да?
Поздравляю. Не будет у неё больше нормальной жизни. Нет.
Ты знаешь, кто её напугал?
Ты.
Хватит наконец! Умоляю!
Не надо!
Пожалуйста, хватит!
Ты знаешь пациента по имени Эндрио Лэддис? Знаешь?
Нет! Нет!
Босс...
- Что? - Я хочу в палату!
Хватит!
- Пошли. Пошли. - В палату!
- Я хочу в палату! Я хочу в палату! - Успокойся.
Я никогда отсюда не выберусь.
Наверное, это к лучшему.
Извините меня, конечно,
- Мисс Кюрнс... - Миссис.
Миссис Кюрнс.
Вы мне кажетесь...
вполне нормальной,
если сравнивать с другими здешними пациентами.
Ну, и я не без греха. Как и все, я полагаю.
Отличие в том, что большинство не убивает своих супругов топором.
Хотя мне кажется, что если муж бьёт тебя...
и трахает всё, что движется, и никто не может тебе помочь,
зарубить его - вариант разумный и логичный.
Оставайтесь лучше здесь.
А что мне делать на воле?
Я уже не знаю, что творится в мире. Есть вроде...
бомбы, которые сжигают города дотла.
И... Как они называются? Телевизоры.
Голоса и лица в каких-то коробках.
Голосов я и сама достаточно слышу.
Что вы можете рассказать о Рейчел?
Немного. Она... Она очень замкнута.
Она думает, что её дети ещё живы.
И что она живёт в Беркшире, а все мы - её соседи или...
- Молочники и почтальоны. - Разносчики.
А доктор Шин был вечером на сеансе?
Да.
Он говорил о гневе.
Что он за человек?
Какой он?
Он...
Хороший. Славный.
И посмотреть есть на что, как моя мать говорила.
Он к вам приставал?
Нет.
Нет, доктор Шин не такой. Он бы никогда...
Стакан воды можно, пожалуйста?
Само собой.
Спасибо, маршал.
Не за что.
Остался ещё один вопрос, миссис Кюрнс.
Вы знаете пациента по имени Эндрио Лэддис?
Нет.
Не слыхала о таком.
Её подготовили.
Те же слова, что у Коули и санитаров.
- Как по бумажке. - Кто такой Эндрио Лэддис?
Вы спрашивали о нём у всех пациентов, босс. Кто он?
Какого чёрта, босс? Мы напарники, или я ошибаюсь?
Всего пару дней, Чак.
Ты ведь давно в этом варишься.
У тебя есть долг, есть карьера. А то, что я задумал...
не совсем по уставу.
Ясно. К чертям собачим этот устав, босс.
Я просто хочу понять, что здесь происходит.
Когда нам сообщили об этом деле,
я сам вызвался вести расследование. Понимаешь?
Зачем?
Эндрио Лэддис...
был смотрителем в том доме, где я жил со своей женой.
Так.
А ещё он был пироманом.
Эндрио Лэддис зажёг спичку,
и начался пожар, убивший мою жену.
Выпускай!
И что сталось с Лэддисом?
Ему всё сошло с рук. Лэддису всё сошло с рук, и он исчез.
А год назад я открыл газету и увидел его на снимке.
Уродец ещё тот.
Жуткий шрам от правого виска до левой щеки.
Глаза разного цвета. Такую рожу ввек не забудешь.
Он спалил целую школу. Два человека погибло.
Сказал, что голос ему приказал.
Сначала его отправили в тюрьму, потом перевели сюда.
- И что дальше? - Да ничего.
Испарился, как будто и не было. Никаких следов не осталось.
Я уверен, что его нет в корпусе "В". Значит, он в корпусе "С".
А может, он умер?
С таким же успехом могла умереть и Рейчел Соландо.
Спрятать труп здесь проще простого.
Есть одно место, где искать не станут.
Та пациентка, Бриджет Кюрнс, послала меня за водой,
а сама вам что-то шепнула, верно?
Нет.
Колитесь, босс.
Написала.
"БЕГИ"
Босс!
Пора возвращаться! Ураган намечается, как в Канзасе!
- Держись. - Всё, пошли!
Берегись!
Господи!
За мной, наверх! Давай!
О, Боже. Ну и буря!
- Порядок, босс? - Да. Всё нормально.
Если Лэддис на острове...
Что думаете делать?
Я приехал не убивать Лэддиса.
А я бы за жену убил дважды.
Когда мы прорвались за ворота Дахау, эсэсовцы сразу сдались.
Комендант пытался свести счёты с жизнью, пока мы не добрались до него.
Но он только ранил себя.
Целый час корчился.
Я вышел к баракам и увидел груды тел на земле.
Столько тел, что не сосчитать.
Столько, что не вообразить.
Короче,
охрана сдалась, мы их разоружили и построили у забора.
Это уже была не война...
это было убийство.
Так что хватит с меня убийств.
И здесь я не за этим.
Но зачем тогда, босс?
Когда Лэддис исчез,
я навёл справки насчёт Эшклифа.
Многие знают об этом заведении, но только молчат.
Понимаешь? Как будто боятся чего-то.
И деньги на это заведение из особого гранта.
От комиссии по расследованию антиамериканской деятельности.
Правда? И как они борются с коммунистами на острове в Бостонской бухте?
Проводя эксперименты над человеческим разумом.
Я так думаю.
Считаете, всё это творится здесь?
Я же сказал, все молчат, так?
Но я разыскал бывшего пациента,
парня по имени Джордж Нойс.
Славный студент. Социалист.
Ему предложили деньги за участие в исследованиях.
И каких, как ты думаешь?
- Испытания препаратов. - Ему стали повсюду чудиться драконы.
Он чуть не забил профессора до смерти. Ну, и загремел в Эшклиф.
В корпус "С".
А через год его выпустили. Так? И что он учудил?
Через две недели паренёк зашёл в бар и ножом уложил троих.
Хотели признать невменяемым, но Нойс...
встал в зале суда и...
умолял о казни на электрическом стуле.
Всё что угодно, только не эта психушка.
Его приговорили к пожизненному в тюрьме Дэдама.
- И вы его нашли? - Да, нашёл. И он...
Он не в себе.
Но из его речей я чётко уяснил,
что здесь экспериментируют над пациентами.
Даже не знаю, босс.
- Ты поверил сумасшедшему? - В этом вся прелесть, напарник.
С сумасшедшими проще некуда. Они говорят, но их никто не слушает.
Я понял это в Дахау.
Мы там увидели, что люди способны творить друг с другом, так?
Мы воевали, чтобы их остановить,
а теперь я узнаю, что то же самое творится здесь,
на нашей земле. Нет.
Так зачем же ты сюда приехал, Тедди?
Я найду улики,
вернусь на материк и взорву этот чёртов гадюшник.
Вот так.
Одну минутку.
Ты наводил справки про Эшклиф,
ждал шанса сюда добраться, и вдруг на остров вызвали маршала?
Да.
Это удача. Пациентка сбежала, предлог идеальный.
Нет, нет, нет, босс. Удача здесь ни при чём.
В этом мире всё не так просто.
Очистные сооружения окружены проволокой под напряжением.
А корпус "С" в здании старинного форта?
А главный врач, связанный с ОСС? А финансирование?
Это ж с ума сойти! Здесь пахнет секретными операциями.
- Что если тебя заманили? - Да чушь.
- Ты наводил справки. - Всё это чушь.
Чушь? Мы здесь из-за Рейчел Соландо?
А где хоть одно доказательство, что она вообще существует?
Никто не знал, что я назначен вести дело. Никто.
А вдруг пока ты копал под них, они копали под тебя?
Им только и надо было, что разыграть перед тобой побег.
И ты попался. Мы оба попались, здесь, сейчас!
Маршалы, вы здесь?
Это замначальника охраны Макферсон.
Маршалы!
Ну, как тебе? Они нашли нас.
Это остров, босс. Они всегда нас найдут.
Я знаю, вы там!
Мы с тобой вместе отсюда свалим, я и ты.
За мной!
- За мной! - Пошли!
Обсохните, и сразу к доктору Коули! Сразу!
И поживее, это уже настоящий ураган, чёрт его дери!
Я отдал ваши костюмы в чистку.
Завтра сможете забрать.
Если раньше нас всех не смоет в океан.
Кстати о буре. Боюсь, вы остались без курева.
Держи.
А другой одежды нет?
Есть модели тюремно-серой гаммы, если эта не подходит.
При таком выборе, меня всё устраивает.
Я вынужден повторить ещё раз: все пациенты корпуса "С"...
должны быть обездвижены.
Если корпус затопит, они утонут. Вы же понимаете?
- Это должен быть потоп. - Мы на острове,
в открытом океане, а вокруг бушует ураган.
Серьёзное затопление - вполне реальная перспектива.
Рискованно. Вдруг электричество отключится?
Есть резервный генератор.
А если и он откажет? Тогда все двери откроются.
А куда они денутся?
Захватят паром, рванут на материк и наведут там шороху?
Это вряд ли. Скорее, они наведут шороху здесь, у нас.
Если приковать их к полу, они умрут.
24 человека.
После этого ты сможешь спокойно жить?
Будь моя воля, я бы...
каждого из 42 пациентов корпусов "А" и "В" тоже обездвижил.
Извините. Извините.
Маршал.
Я извиняюсь, доктор, у меня только один вопрос.
Да, я выйду через минуту.
Когда мы говорили утром о записке Рейчел Соландо...
"Закон четырёх" шикарный.
Вы сказали, что не знаете, что означает вторая строчка. Так?
"Кто 67-й?"
Да, и сейчас не знаю. Как и все здесь.
Ага. И никаких догадок?
Никаких?
Мне кажется, я услышал, что у вас 24 пациента в корпусе "С"...
и 42 пациента в корпусах "А" и "В".
А значит, сколько всего? 66 пациентов во всей клинике.
Так и есть. Да.
А в записке Рейчел Соландо утверждается,
что есть и 67-й пациент, доктор.
- Но я уверен, что его нет. - Это просто смешно.
- Что они делают здесь? - Работаем, чёрт побери.
Разве Макферсон не сообщил вам добрую весть?
Нет. Что ещё за добрая весть?
Рейчел нашлась.
Она здесь.
Цела и невредима.
На ней ни царапины.
Кто эти люди?
Что делают в моём доме?
Они из полиции, Рейчел.
У них есть пара вопросов.
Мэм.
Ваши соседи заметили коммунистического агитатора.
Он распространял по округе запрещённую литературу.
Здесь?
В этом районе?
Да, к сожалению.
И если бы вы рассказали, что делали вчера и где были,
это бы очень помогло расследованию.
Да. Э-эм...
Ну, я...
Я приготовила завтрак Джиму и детям,
а затем я...
упаковала обед Джима, и он ушёл.
Затем я послала детей в школу.
А потом...
я вдруг решила хорошенько поплавать в озере.
Ясно.
И что дальше?
Ну, а потом...
я думала о тебе.
Извините, мэм, я...
Я вас что-то не понимаю.
Ты ведь знаешь, как мне одиноко, Джим.
Тебя нет.
Ты умер.
Я плачу каждую ночь.
Как мне жить дальше одной?
Боже.
Рейчел, всё образуется.
Так уж вышло, но...
Но всё обязательно образуется, слышишь?
Я тебя похоронила.
Я похоронила пустой гроб, а твоё тело рассыпалось.
Куски плоти падали в море...
и их жрали акулы.
Моего Джима нет. Кто ты, на хрен, такой?
Кто ты, на хрен, такой?!
- Кто ты такой?! Кто ты такой?! - Рейчел, успокойся.
- Нет, пусти! - Рейчел, смотри в глаза.
Извините ради бога.
Я не хотел вмешиваться. Я думал, она что-нибудь скажет.
Мы нашли её на берегу, у маяка.
Она бросала камешки в воду.
Мы не знаем, как она сбежала. Я прошу вас спуститься в подвал.
Там вы найдёте еду, воду, кровати. Безопасней места не найти...
во время урагана.
Всё в порядке? Вы бледны.
Я в порядке. Здесь...
Босс, что с вами?
Здесь такой дьявольски яркий свет.
Фоточувствительность, случаются головные боли. Маршал, у вас мигрень?
Я справлюсь.
Босс, я рядом.
Что это с ним?
Выпейте, маршал. Пару часов поспите и станете как огурчик.
Что с ним, доктор?
У него мигрень. Представьте, что вам вскрыли череп,
запихнули туда лезвие и встряхнули как следует.
Выпейте, маршал.
Нет. Я не хочу таблеток.
Зачем терпеть боль? Маршал, выпейте таблетки.
Ему бы отлежаться.
Вот эта. Сюда.
Вот и всё, босс.
Осторожно.
- Кто это? - Он?
Начальник тюрьмы.
Не обращайте внимание. Ложитесь.
По виду, бывший вояка и дебил.
С этим я, пожалуй, спорить не стану, маршал.
Ты должен был меня спасти.
Ты нас всех должен был спасти.
Привет, приятель.
Привет.
Лэддис.
Да.
Мой дружочек.
Ты ведь не держишь зла?
Всё в прошлом, дружочек.
Кое-что оставим на потом.
Уж я-то знаю, как тебе это нужно.
Часы тикают, мой друг.
Времени в обрез.
Вы мне не поможете?
Кажется, я в беде.
Я мёртвая?
Мне очень жаль.
Почему же ты не спас меня?
Я пытался. Я хотел всех спасти, но когда я пришёл,
было уже слишком поздно.
Видишь?
Какие они красивые.
Почему ты вся мокрая, милая?
Лэддис не исчез.
Он не умер.
Он ещё здесь.
Я знаю.
Мы найдём его, Тедди.
Ты должен найти и убить его.
Не плачь.
Всё хорошо.
Вызови охрану, и живо в корпус "А"!
Охрана!
Собирайтесь, и живо в корпус "А".
Вам получше, босс?
Эта чёртова мигрень.
Резервный генератор сдох. Все как с цепи сорвались.
Что будем делать?
Господи.
Нет, нет, нет. Зачем так?
Идём, сейчас же.
Хватай, хватай его!
Думаешь, всей электросистеме каюк?
Это вполне возможно.
Весь остров обесточен.
Ограждения, ворота, двери.
Славный денёк для прогулок, как думаешь?
В корпус "С", например.
Пошли.
Может, там найдём Эндрио Лэддиса.
Помнишь, я говорил об одном парне, о Джордже Нойсе?
Это он сказал, что в форте самые опасные.
Их боятся даже другие пациенты.
Нойс описал план здания?
Да не особенно.
Он запомнил только, что люди кричали днём и ночью. Окон в камерах нет.
- И железные решётки повсюду. - Раз, два...
Господи Боже.
Первый раз в корпусе "С"?
- Да. - Да.
Да, слышали всякое, но...
Поверь мне, сынок, ни хрена вы не слышали.
Почти все психи уже под замком,
но некоторые ещё на свободе.
Увидите такого - не пытайтесь задержать.
Эти ублюдки убьют вас.
Ясно?
Тогда вперёд. Шевелите задницами. Пошли.
Он здесь.
Лэддис.
Я чувствую его.
Есть! Ты водишь!
Стой!
Тедди!
Послушай меня. Послушай.
Я не хочу отсюда бежать, ясно?
Зачем это кому-то из нас надо?
Мы отлично знаем, что творится в мире.
Об атоллах. О водородных бомбах.
- Тедди, ты где? - Знаешь, на чём работает водородная бомба?
Знаю. На водороде. На водороде.
- Вот потеха. - Босс!
От обычных бомб взрывная волна идёт наружу.
Так? Но только не от водородной.
Взорвавшись, она всасывает в себя всё с силой тысяч, миллионов тонн.
- Уяснил? - Да. Да.
- Точно? - Я понял, я понял!
Отпусти его!
Нет! Нет!
Что ты делаешь?
Господи, Боже мой, Тедди. Господи!
Поймали Биллингса?
Вы что, на хрен, обалдели? Их ловить надо, а не убивать!
Он сам напал.
Эй, умники, помогите мне. Отведём бедолагу в лазарет.
Нет! Не ты, не ты. Погуляй.
Пошли!
Коули мне яйца за это отрежет.
Лэддис.
Я видел эти лица тысячи раз. Я видел эти лица тысячи раз.
Заприте меня. Умоляю. Пока я не убил снова.
Пошёл прочь!
Умоляю! Умоляю!
Лэддис.
Ты сказал, что меня выпустят отсюда.
Ты обещал.
Ты солгал.
Лэддис?
Всё это чертовски смешно.
Твой голос...
Не узнал сразу?
После всех наших разговоров?
После всей этой лжи, которую ты мне наговорил?
Покажи мне своё лицо.
Они говорят, что теперь я их.
Что мне отсюда никогда не выбраться.
Спичка сейчас погаснет.
Покажи мне лицо, чёрт тебя подери!
Зачем?
Чтобы ты снова мне солгал?
- Дело ведь не в поисках истины. - Именно в этом.
- Я пытаюсь найти истину. - Дело в тебе!
И в Лэддисе.
И так было всегда.
А я так, пешка.
Пропуск на этот остров.
Джордж?
Джордж Нойс?
Нет, это невозможно. Тебя не должно здесь быть.
Как я тебе?
Кто это сделал, Джордж?
Ты, Тед.
Что за чепуха?
Ты только болтаешь. Болтаешь, и всё.
А я из-за тебя снова тут оказался!
Джордж, как они тебя вытащили из тюрьмы?
Ты не отчаивайся, я этого так не оставлю. Ты меня понимаешь?
Мне больше не выбраться.
Один раз выбрался, второго не будет. Никогда не бывает.
- Скажи, как они тебя сюда затащили? - Они знали!
Неужели не ясно?
Обо всём, что ты задумал. Весь твой план.
Всё это лишь игра. С тобой...
играют.
Нет никакого следствия.
Ты жалкая крыса в лабиринте.
Нет, Джордж.
Ты ошибаешься. Ошибаешься.
Неужто?
Тебя здесь часто оставляют одного?
Я здесь с напарником.
Но ты не работал с ним раньше?
Он...
Он маршал из Сиэтла.
Но ты никогда с ним раньше не работал?
Джордж, слушай.
Я разбираюсь в людях. И я ему доверяю.
Тогда, они уже выиграли.
Мне конец... Они отведут меня на маяк.
Они вскроют мой мозг.
А я здесь только из-за тебя!
Джордж, я вытащу тебя отсюда. Тебя не отправят на маяк.
Никогда.
Или искать истину, или убить Лэддиса - выбрать нужно что-то одно.
Ты это знаешь.
Я здесь не для того, чтобы убивать.
- Лжец! - Я не хочу его убивать, я клянусь!
Она мертва.
Отпусти её.
Смирись с этим.
Объясни ему, Тедди.
Объясни ему всё.
Смирись, Тед. Иначе нельзя. Смирись.
Расскажи ему о том дне, когда ты подарил мне кулон.
Сделай это!
Я сказала, что моё сердце готово разорваться.
А ты спросил: "Почему?"
Она трахает тебе мозги.
И я ответила, что от радости.
Она убьёт тебя. Она убьёт тебя.
Ты хочешь найти истину? Тогда смирись.
- Я не могу. - Ты должен смириться!
Не могу! Я не могу!
Тогда ты останешься на острове навсегда.
Долорес?
Его нет в этом корпусе.
Его перевели...
отсюда.
Если он не в корпусе "А",
то остаётся только одно место.
На маяке.
Эй!
Бог в помощь.
Босс, у нас проблемы. Макферсон и Коули в этом корпусе.
Они узнали, что санитар чуть не задушил пациента.
Они ищут по всем этажам, поднимаются к крыше.
Сваливаем к чертям.
Сюда.
Иди спокойно. Мы санитары.
- Где тебя носило? - В смысле?
В прямом.
Где ты был?
Мы отвели бедолагу в лазарет...
и я решил заглянуть в картотеку.
Ты нашёл Лэддиса?
Нет.
- Я его не нашёл. - А я не с пустыми руками.
Его карточка, босс.
В ней ничего кроме даты. Никаких сеансов, никаких процедур.
Назначений, фотографий. Вообще ничего. Очень странно.
Вот, смотри.
Я потом посмотрю.
В чём дело, босс?
Потом посмотрю, и всё.
Эшклиф в той стороне.
А я иду не в Эшклиф.
Я иду к маяку.
Узнаю, что за дрянь творится на этом острове.
Вот он.
Чёрт.
Мы взяли южнее, придётся вернуться назад.
Эти скалы нам не преодолеть.
Наверняка есть тропа за деревьями. Может, эта тропа огибает скалы...
- и ведёт прямо к маяку. Пошли. - Босс...
Зачем это нужно? У нас есть карточка.
Она доказывает, что 67-й пациент есть, хотя все это отрицают.
Я доберусь до маяка. Понял?
Ну что мне сказать, чтобы ты остановился?
А что? Тебе-то что, Чак? Что?
Просто спуск по этим скалам в темноте, это самоубийство. Этого мало?
Ясно.
Тогда я обойдусь без тебя.
Ты меня втянул в это, босс. И мы попали в капкан на этих скалах.
На этом острове.
И доверять можем только друг другу, а ты... ты ведёшь себя как...
Как кто? Как кто?
Как я себя веду?
Что, чёрт возьми, случилось в корпусе "С", Тед?
А какая сейчас погода в Портленде, Чак?
Я из Сиэтла.
Из Сиэтла?
Я иду дальше... один.
Нет, я с тобой, босс.
Я сказал, один.
Ладно.
Чёрт!
Чёрт возьми!
До маяка рукой подать, но сейчас не пройти из-за прилива.
Чак!
А ну-ка...
Чак!
Чак, ты живой?
Чак!
Кто вы такой?
Я Тедди Дэниелс.
Я из полиции.
Федеральный маршал?
Да, верно.
Если можно...
не держите руки за спиной, пожалуйста.
Почему?
Я хочу убедиться, что мне ничего не угрожает.
Я его приберегу.
Если не возражаете.
Я не против.
Вы - Рейчел Соландо?
Настоящая.
Вы убили своих детей?
Детьми бог не наградил.
Я и замужем не была.
И прежде, чем стать пациентом в Эшклифе, я работала здесь.
Вы были сестрой?
Я была врачом, маршал.
Думаете, я безумна?
- Нет. Нет, не думаю. - Если я скажу, что не безумна,
это что-нибудь изменит?
В этом есть что-то от Кафки.
Если люди говорят, что ты безумен,
твои протесты лишь подтверждают их слова.
Я что-то не понимаю вас, простите.
Тебя объявляют безумным,
и все твои поступки - лишь часть этого безумия,
протесты, отрицание действительности.
Обоснованные страхи, паранойя.
Инстинкты выживания.
Защитные механизмы.
Вы умнее, чем кажетесь, маршал. Боюсь, вам это навредит.
- Ответьте на один вопрос. - Да?
Что с вами случилось?
Я задавала лишние вопросы о поставках амитала натрия...
- и опиумных галлюциногенов. - Психотропные средства.
И насчёт операций тоже.
А вы слыхали о транс-орбитальной лоботомии?
Вырубят пациента электрошоком,
а затем вводится через глаз длинная спица,
удаляют некоторые нервные ткани.
Тогда пациент гораздо послушнее.
Как кукла.
Это варварство.
Бессовестное.
Вы знаете, как боль появляется в организме, маршал? Знаете?
Это смотря где у тебя рана.
Нет, тело здесь ни при чём.
Мозг контролирует боль.
Мозг контролирует страх, любовь, сон, голод, гнев - все чувства.
А если его контролировать?
То есть, мозг?
Создать человека, который не чувствует боли.
Или любви. Или сочувствия.
И его нельзя допросить, потому что в памяти ничего не осталось.
У человека нельзя отнять воспоминания.
Никак.
Маршал, в Северной Корее американских военнопленных истязали...
ради экспериментов с промывкой мозгов.
Превращали солдат в изменников. И здесь то же самое.
Они создают зомби, готовых творить то,
что обычный человек в здравом уме не совершит никогда.
Но чтобы получить такие знания, обрести такие навыки...
На это нужны годы.
Да, годы исследований и сотни больных для экспериментов.
Через 50 лет, маршал, потомки в ужасе скажут:
"Здесь, на этом острове, всё это началось".
У нацистов были евреи, у Советов - узники Гулага, а мы...
Мы истязали больных на этом острове.
Не будет так. Нет.
Вы ведь осознаёте...
что они вас не отпустят?
Я федеральный маршал,
им меня не остановить.
Я была известным психиатром...
из очень уважаемой семьи.
И что?
Позвольте один вопрос.
У вас были травмы в юности?
Да. А что? Разве это важно?
Они всегда находят зацепку в прошлом,
чтобы доказать, что так ты лишился рассудка.
И когда тебя упрячут сюда,
твои друзья и коллеги скажут: "Конечно, он рехнулся".
"С его прошлым - неудивительно".
Да так можно о каждом сказать. О каждом.
Главное, что так скажут о вас.
- Как голова? - Что?
- Голова? - Сны дурацкие не снятся?
Или бессонница? Головные боли?
Я страдаю от мигрени. Да.
Господи.
Вы здесь таблетки не принимали?
- Ну, скажем, аспирин? - И даже аспирин?
Боже.
И вы ели обеды в столовой и пили здешний кофе?
Скажите, что вы хотя бы курили свои сигареты.
Нет. Нет.
Нет, не свои.
Через 36-48 часов нейролептики...
достигают максимальной концентрации в крови.
Всё начинается с дрожи.
Сначала дрожат пальцы, потом вся рука.
Вам ещё не являются люди, которых вы видели в кошмарах, маршал?
Скажите, что творится на этом маяке?
Скажите.
Операции на мозге.
Они вскрывают черепа и смотрят, что будет, если подёргать за нервы.
Они научились этому у нацистов.
Там они создают зомби.
Кто знает об этом?
На острове, в клинике. Кто?
Все знают.
Да ладно! Медсёстры? Что, весь персонал?
- Но этого не может быть. - Все знают.
Вам нельзя тут оставаться.
Они думают, я мертва, утонула.
И если начнут искать вас, могут найти и меня.
Извините, но вы должны уйти.
Я вернусь за вами.
Меня здесь не будет. Я не ночую на одном месте два раза.
Я вернусь, чтобы вытащить вас с острова.
Вы не слышали, что я вам сказала?
Выбраться можно только на пароме, а они его контролируют.
Вы отсюда не выберетесь.
У меня был друг.
Вчера мы были вместе, а потом он исчез.
Не видели его?
Маршал...
У вас нет друзей.
Вот ты где.
Мы гадали, когда ты появишься.
Садись-ка.
Не стесняйся.
Решил размять косточки?
Да я просто...
так, окрестности осматриваю.
Ты оценил вчерашний дар божий?
- Что? - Божий дар.
Насилие.
Вчера дома я спустился по лестнице...
и увидел дерево в моей гостиной. Оно тянулось ко мне...
как божья длань.
Бог любит насилие.
- Я не замечал. - Не смеши меня.
Насилием пропитано всё.
И оно в нас.
В наших жилах.
Ведём войны, приносим жертвы, убиваем, грабим...
и рвём плоть наших братьев,
а всё потому, что бог дал нам насилие, чтобы его же и прославлять.
Я думал, бог дал нам мораль.
Чище морали, чем эта буря, нет.
Да и вообще, морали нет.
Главное вот что: чьё насилие сильнее - моё или твоё?
- Я против насилия. - Да хватит.
Насилие у тебя в крови.
Я это знаю, потому что и в моей оно есть.
Если бы не было сдерживающего фактора в виде общества,
и я бы мешал тебе утолить голод,
ты бы раскроил мне череп и сожрал мою плоть.
Верно?
Коули уверен, что ты агнец, что ты под контролем, но я думаю иначе.
- Вы не знаете меня. - О нет, знаю.
- Нет, не знаете совсем. - Отлично знаю.
Мы знаем друг друга сто лет.
Если бы я захотел вцепиться тебе в глаза,
ты бы успел меня остановить прежде, чем я тебя ослеплю?
А вы рискните.
Вот это по-нашему.
"Запирай двери в любое время суток"
Где же вы были?
Да я просто так... Окрестности осматривал.
Наверное, вы уедете, раз Рейчел нашлась?
Конечно. Да.
Большое собрание?
О, да.
Вчера какой-то человек проник в корпус "С"...
и усмирил весьма опасного пациента. Очень умело.
Неужели?
И ещё успел навестить пациента с шизофренией, Джорджа Нойса.
А этот ваш Нойс, я не ошибся, у него...
- Бред? - И весьма тяжёлый.
Он дестабилизирует состояние других больных.
Недавно Нойс так измучил одного пациента, что тот его избил.
Сигарету?
Спасибо, я бросил.
Так вы садитесь на паром?
Да, разумеется. Мы сделали...
всё, ради чего приезжали.
"Мы", маршал?
Кстати говоря, вы...
- не видели его, доктор? - Кого?
Моего напарника, Чака.
У вас нет напарника, маршал. Вы приехали один.
Знаете, я добился настоящего прорыва,
но этого пока не понимают. Все хотят быстрых результатов.
И так было всегда.
А я делаю то, что люди, и вы, маршал, в том числе, не понимают.
Но я не собираюсь сдаваться без боя.
Это я уже понял.
Расскажите о своём напарнике.
Напарнике?
Маршал.
Куда вы идёте?
Да я так... Я хотел выйти к парому и...
Но я боюсь, вам в другую сторону.
Если у вас есть минута,
я найду кого-нибудь, кто вас отведёт на пристань.
- Что это, доктор? - Ничего.
- Что это? - Это просто успокоительное.
- На всякий случай. - На всякий случай?
Ну, и что дальше? Убьёте меня, маршал?
А ты заслужил это?
За что? За то, что я вас провоцировал?
Ну, извините, вас всё провоцирует.
Намёки.
- Слова. - Нацисты.
Да, и они тоже.
И конечно, память и сны.
Вы знаете, что слова "травма" это по-гречески "увечье"?
А как по-немецки будет "сон"? "Траумен".
Айн траумен.
Увечья создают монстров.
А вы... Вы изувечены, маршал.
И согласитесь, если увидел монстра,
надо остановить его.
Да.
- Я согласен. - Да, да.
- Ты давно на дежурстве? - 18 часов подряд.
Что ты делаешь, дорогой?
Тебе нужно к парому.
Нет. Нет. Нет.
Если Чак умер для всего мира, он идеальный подопытный кролик.
И сейчас он на маяке, я уверен.
Но они убьют тебя там!
Он мой напарник. Если его там истязают,
держат против воли, я должен его вытащить.
Хватит с меня потерь.
Не надо, Тедди. Умоляю, одумайся. Не ходи туда.
Извини, крошка.
Я люблю всё, что ты подарила мне.
Но если честно...
этот галстук - редкое дерьмо.
Нет!
Лежать! Не шевелись!
Убьёшь меня?
Нет. Я не буду убивать тебя.
Почему ты весь мокрый, милый?
Что... Что вы сказали?
Ты отлично понял, что я сказал.
Кстати, винтовка не заряжена.
Присядь.
Ради бога вытрись, ты заболеешь.
Хорошо.
Ты сильно избил охранника?
Я не знаю, о чём идёт речь.
Да, он здесь.
Пусть доктор Шин осмотрит охранника и сразу сюда.
Значит, доктор Шин...
приехал утренним паромом?
Не совсем так.
Ты взорвал мою машину, а я её очень любил.
Я сожалею, доктор.
Тремор усилился, да?
А как галлюцинации?
Беги отсюда, Тедди.
Иначе здесь и погибнешь.
- Нормально. - Станет хуже.
Я знаю.
Доктор Соландо...
рассказала мне о нейролептиках.
Интересно. И когда же? Где?
Я нашёл её, доктор.
В пещере, у самых скал. Но вам до неё не добраться.
Не сомневаюсь.
Если учесть, что её нет.
Твои галлюцинации сильнее, чем я думал.
Тебе не дают нейролептики.
Ты вообще ничего не получаешь.
А это тогда что? А? Что это за дрожь?
Это ломка.
Ломка?
От чего? С поры, как я на острове, я даже алкоголь не употреблял.
Хлорпромазин.
Я не сторонник фармакологии, но сдался в твоём случае.
- Хлорпро... Что? - Хлорпромазин.
Препарат, который тебе давали последние два года.
Значит, последние два года кто-то из ваших...
сыпал мне эту дрянь в Бостоне? Так, да?
Не в Бостоне. Здесь.
Ты был здесь эти два года, пациентом этой клиники.
После того, что я здесь увидел, доктор,
вы ещё надеетесь убедить меня, что я псих, да?
Вы хоть знаете, с какими людьми я каждый день общаюсь?
Я федеральный маршал, забыли?
Ты был федеральным маршалом. Вот копия карточки пациента.
Ты вломился в корпус "С" в поисках...
доказательств существования 67-го пациента.
Переправив её на материк, ты бы взорвал к чертям этот гадюшник.
Что, что? Откуда вы это знаете?
Но ты почему-то не удосужился её прочесть. Так читай сейчас.
Давай.
У пациента развитый интеллект. Сильно бредит.
Ветеран армии с наградами.
Участие в осв... В освобождении Дахау.
Бывший федеральный маршал. Имеет склонность к насилию.
Не раскаивается, поскольку отрицает, что...
преступление имело место. Живёт в мире фантазий,
мешающих ему осознать то, что он совершил.
Хватит с меня этой чепухи.
Где мой напарник, а?
Где Чак? Где он?
Попробуем по-другому.
Твоя жена в девичестве "Чанел". Это верно?
- Даже не смейте говорить о ней! - К сожалению, придётся.
Что объединяет эти четыре имени?
Твой "закон четырёх".
Эндрио, что ты видишь?
Если вы что-то сделали с моим напарником,
- значит вы нарушили... - Смотри, Эндрио. Что ты видишь?
В этих именах те же буквы.
В "Эдвард Дэниелс" те же 13 букв,
что в "Эндрио Лэддис". Так же "Рейчел Соландо"...
и "Долорес Чанел". Эти имена анаграммы друг друга.
Смешная тактика. Меня этим не возьмёшь.
Ты искал здесь истину, так слушай.
Твоё имя - Эндрио Лэддис.
67-й пациент Эшклифа это ты, Эндрио.
Чепуха.
Ты помещён в клинику по приговору суда 2 года назад.
Ты совершил нечто ужасное. Ты не смог себя простить...
и создал себе другую личность.
Нет.
А где же здесь факты...
Ты сочинил историю, в которой ты не убийца, а герой,
и по-прежнему маршал, который расследует в Эшклифе дело.
И ты раскрыл целый заговор,
чтобы всё, что мы говорим о тебе, о твоих деяниях,
отвергать как ложь, Эндрио.
Моё имя Эдвард Дэниелс!
Я слушаю эти фантазии уже 2 года. Я знаю всё наизусть.
67-й пациент, шторм, Рейчел Соландо.
Пропавший напарник, ночные кошмары.
Ты был в Дахау, но ты не расстреливал охрану.
Я хотел бы оставить тебя в твоих фантазиях.
Правда, хотел бы.
Но ты жесток, силён, опасен. Самый опасный пациент в клинике.
Ты избивал санитаров, охрану, других пациентов.
Две недели назад ты напал на Джорджа Нойса.
Нет, я вижу вас насквозь, доктор!
- Это вы Нойса избили! - Конечно, нет.
А зачем мне вообще трогать его?
Потому что он назвал тебя Лэддисом,
а ты на всё готов, чтобы не быть им.
Вот запись твоего вчерашнего разговора с Нойсом.
"Дело в тебе и в Лэддисе". И поверь, так было всегда.
Нет, нет. Он сказал: "Дело в тебе! И в Лэддисе".
Когда ты спросил его, кто его избил,
он сказал, и я опять цитирую: "Ты, Тед".
- Нет, он имел в виду, это моя вина. - Ты чуть не убил его.
И совет попечителей намерен это прекратить. Было принято решение.
Если мы сейчас не вернём тебе рассудок,
будут приняты меры, которые оградят других от твоей жестокости.
Они подвергнут тебя лоботомии, Эндрио.
Ты понимаешь?
Да, я понял.
Я всё отлично понял.
Если я не закрою глаза на все ваши шалости,
доктор Найринг превратит меня в жалкого зомби.
А как насчёт моего напарника?
Вы и службе федеральных маршалов скажете, что он мой защитный механизм?
Привет, босс.
Что здесь происходит?
Ты с ним заодно?
Извини. Кто-то должен был за тобой приглядывать,
чтобы ты себя не покалечил.
Ты за мной следил?
Каждую минуту следил?
Ну, и кто ты?
Кто ты? Скажи.
Ты не узнаёшь меня, Эндрио?
Я был твоим лечащим врачом целых два года.
Я Лестер Шин.
Нет. Я же рассказал тебе о жене...
- Ну да. - Я по скале спускался, чтобы тебе помочь.
Я доверял тебе. Я и сюда пришёл, чтобы тебя спасти! Я рисковал жизнью!
Я знаю, босс.
Времени у нас мало, Эндрио.
Я обещал совету попечителей, что создам...
самую радикальную игру в современной психиатрии,
чтобы вернуть тебе рассудок.
Я думал, что если мы дадим тебе доиграть этот спектакль до конца,
ты сам увидишь, как всё нереально.
Ты два дня был здесь за главного.
Скажи, где нацистские эксперименты?
Сатанинские операции?
Эндрио, выслушай меня.
Если у нас ничего не выйдет,
то вся работа, что мы здесь провели, будет дискредитирована.
Мы находимся на линии фронта, старина.
И сейчас линия фронта проходит по тебе.
Ни с места! Стоять!
Эндрио! Эндрио, нет! Нет!
Меня зовут Эдвард Дэниелс!
И этот заряжён, по весу чувствую.
Ясно. А это твоё оружие, маршал? Ты уверен?
Там слева мои инициалы, а на стволе царапина...
с тех пор, как в меня стрелял Филипп Стак.
И на этом вы мне мозг не оттрахаете, док!
Ну так стреляй, потому что лишь так ты сможешь удрать с острова.
Эндрио, пожалуйста, не надо.
Боже мой.
Что вы сделали с моим револьвером?
Это игрушка, Эндрио.
Мы правду говорим.
Долорес была больна. Маниакальная депрессия и склонность к самоубийству.
Ты никого не слушал. Напивался и ничего не предпринимал.
Вы переехали в дом у озера, когда она подожгла вашу городскую квартиру.
Ты врёшь!
- Эндрио! Эндрио, хватит! - Ты врёшь!
Угостил меня сигаретами, а в них добавил какой-то дряни!
Эндрио! Эндрио! Твои дети.
Саймон.
- Генри. - У меня не было детей.
Твоя жена утопила их.
У домика на озере.
А это твоя дочка. Она снится тебе...
каждую ночь.
У меня не было дочери.
Она повторяет снова и снова, что ты мог спасти её.
Спасти их всех.
Твоя дочка.
Её звали Рейчел. Ты готов отрицать, что она жила на свете?
Готов, Эндрио?
Мне больно за тебя, милый.
Я же говорила тебе, не приходи сюда.
Я же говорила.
Ты здесь погибнешь.
Я дома.
Мы взяли его. На границе с Оклахомой.
Пришлось прочесать всё отсюда до Талсы. Я готов спать неделю.
Долорес?
Долорес...
Милая...
Почему ты вся мокрая?
Я соскучилась.
Я хочу домой.
Ты дома.
А где дети?
Они в школе.
Сегодня суббота, милая.
В субботу нет занятий.
В моей школе есть.
О, Боже мой...
Боже мой!
Боже. Боже.
Боже мой!
Очнись, очнись!
Нет. Нет. Сынок!
Пожалуйста, Господи, нет!
Нет!
Рассадим их за столом.
Мы их оботрём...
и переоденем.
Они будут нашими куклами.
И завтра возьмём их на пикник.
Если ты меня любишь, Долорес...
пожалуйста, замолчи.
Я люблю тебя.
Освободи меня!
Моя милая...
Мы будем их купать.
Я люблю тебя, Долорес.
Я тоже тебя люблю.
Я так тебя люблю.
Я ещё больше...
Эндрио.
Эндрио, ты слышишь меня?
Рейчел! Рейчел, Рейчел...
Рейчел?
Какая Рейчел?
Рейчел Лэддис,
моя доченька.
Почему ты здесь?
Потому что я убил жену.
Почему ты это сделал?
Моя жена убила наших детей.
И она попросила освободить её.
- А кто такой Тедди Дэниелс? - Его не существует.
Как нет и Рейчел Соландо. Я их выдумал.
Зачем?
Нам нужно, чтобы ты сказал это.
Когда я вытащил её из петли в первый раз,
Долорес сказала мне, что...
у неё насекомые где-то внутри мозга.
Она чувствует как они щёлкают в её голове,
словно дёргают за верёвочки.
Так она сказала.
Она говорила, а я её не слушал.
Я её очень любил.
Зачем ты их выдумал?
Не мог смириться с тем, что Долорес убила детей.
Это я убил их, потому что я её не вылечил.
Я убил их.
Моя теория такова, Эндрио. Девять месяцев назад мы с тобой...
уже сделали прорыв, но потом наступил регресс.
- Я этого не помню. - Я знаю.
Ты вернулся на начало, Эндрио. Как пластинка -
снова и снова играет один куплет.
Я надеюсь, что наши усилия это остановят, и болезнь не вернётся,
но я должен знать, что ты смирился с реальностью.
Вы старались ради меня, доктор?
Вы пытались помочь, когда все отказались.
Моё имя Эндрио Лэддис.
И весной 52-го я убил свою жену.
Как у нас сегодня дела?
Хорошо. А ты как?
Жалоб нет.
Какой наш следующий шаг?
Ты мне скажи.
Нам надо сваливать, Чак.
Обратно на материк. Здесь творится что-то недоброе.
Не бойся, напарник, они нас не схватят.
Мы для них слишком умные.
Да, точно, старина.
Я вот здесь оказался и задумался.
Да? И о чём, босс?
Что было бы хуже -
жить монстром...
или умереть хорошим человеком?
Тедди?