- А у нее сегодня юбилей - 70 лет. Вот свезло!
- Да уж. Отпраздновала. Имя есть у именинницы?
- Вера Страхова. Говорят, известная писательница.
Жаль, не читала.
- Кто вызвал полицию? - Семья.
Они поздравляли ее по видеосвязи и видели, как в комнату вошел
ее секретарь и сделал какой-то укол в шею.
- Видеоконференция? А где компьютер или телефон?
- Ноутбука не было. Наверное, убийца спер.
- А кто-то из участников сделал запись этой конференции?
- Без понятия. - А спросить?
Все понятно. Значит, всех участников - на беседу в полицию.
Этого секретаря - в розыск. Имя его хотя бы известно?
- Некий Анатолий Тарелкин.
Белый, пушистый, даже штрафов на него нет.
- Так... Странно... - Что странного?
Старушка любила удобную обувь. - Но никогда в ней не ходила.
Она одна жила? - Одна. Секретарь приходящий.
- Где собака? - Какая собака?
- Собака убитой.
Судя по высоте миски, порода была некрупная.
Значит, так, Волкова, опросите всех соседей,
узнайте, какая у нее была собака. Также узнайте распорядок дня убитой:
где и когда они обычно гуляли. Ясно? - Да. С чего прикажете начать,
товарищ капитан: с соседей, с семьи или с породы собаки?
- Да как почувствуете. Главное - срочно. Выполняйте.
(Икает.) Левушка, а что такое? Что ты такой бледный, Лева?
- Со мной все прекрасно. (Икает.)
- Иди сюда.
Есть предположение, чем ее могли отравить?
- Нет, надо ждать результаты анализов.
- Лева, затаи дыхание, задержи - и все пройдет.
- Я без ваших советов разберусь. - Лева, ты сломал фотоаппарат.
Да что ж ты неаккуратный-то такой, а! Да вот здесь, вот.
Вот. Испугался? Зато икать перестал.
Агата Денисовна. - Да, Эдик.
- Это снова я. А вы чем-то заняты? Вы мне нужны.
- Так я к Тане вот иду. - Вы мне нужны с собакой.
- Вместе с Сири? - Да. Адрес скину.
- Хорошо, я с ней. - Жду. - Буду.
Таня!
Таня, привет! Вот я шла к тебе и не дошла, потому что Эдик позвонил,
сказал, что я ему нужна с Сири. - Ну если Эдику нужна - конечно.
- Мы пойдем. Давай.
Что такое?
- Куда ты меня привезла? - Здорово, правда?
Дом диковат, зато тебя тут точно никто не найдет.
- А что мне тут делать: играть в Робинзона и жарить лягушек?
- Все лучше, чем сидеть в СИЗО и жрать баланду.
- Пара моментов. Почему ты за меня впрягаешься,
и кто ты вообще такая? - Я блогер. Начинающий.
У меня криминальный подкаст. - Подкаст?
- Вообще-то, это круто. У меня целых 30 подписчиков. Пойдем.
- Никуда я с тобой не пойду, пока ты мне все не объяснишь.
- Что ты хочешь узнать? - Если Веру Аркадьевну убили
сегодня утром, откуда ты об этом знаешь?
- У меня роман с ее сыном. - С Тимофеем?
- Да. Я учусь на журфаке, искала тему, а тут такая удача.
- Удача? - Пойдем, Робинзон Крузо.
- Подожди!
- Ну вот, как-то так.
Симку доставай. - Зачем?
- Чтобы тебя не отследили.
Прекрасно же. Тут поспишь, тут поешь.
Что еще нужно Робинзону?
- Хоррор снимать можно. - Не переживай, зомби тебя не сожрут.
Я привезу тебе одеялко, жрачку.
На новую симку, а эту давай - выкину по дороге.
- Когда приедешь? - Через несколько часов.
Протянешь тут без меня?
А, держи. Зажигалка - будешь зомби отпугивать.
- Ха-ха.
- Никогда ее в глаза не видела. Если честно, я думала,
она чем-то болеет. Я сама не очень давно здесь живу, всего лет пять.
- Болеет? Почему так решили?
- Так из-за санитара - каждый день к ней ходит.
Наверное, уколы делать. - Не дом, а проходной двор.
Вчера целый день во дворе стояла машина, чужая.
- Машина? - Да. - Какой номер, не вспомните?
- Не было видно. - А кто в ней сидел?
- Вот я еще буду смотреть за людьми, которые выходят из чужих машин.
Больше мне делать нечего?!
- От собак одна грязь кругом. Во дворе - как по минному полю идешь.
Кто, по-вашему, все время на лестнице гадит?
- А какая порода у собаки Страховой? - Да по мне, они все на одно лицо.
Не дай бог, укусит кого. Нужно всех собак запретить!
- До свидания. - До свидания.
- О! Ну и кого мы будем искать?
- Будем искать собаку убитой.
Поводка в прихожей нет. Значит, убийца забрал собаку с собой.
- Боже мой. Интересная версия. А зачем она ему нужна, по-твоему?
- Потому что... Потому что он боялся, что собака будет лаять
или выть около трупа. - Да что ты говоришь!
- А убить собаку рука не поднялась. - Интересный у тебя убийца.
Старушку убить у него рука поднимается, а собаку - нет.
- Может быть, он собачник.
- Или кореец. Может, он знаком с собакой.
- Агата Денисовна, у собаки было приданое.
Отличное. Вот.
Запаха нет, потому что хозяйка любит чистоту - все стерильно.
- Ну Сири сама разберется. Ищи.
Искать! Искать! Искать!
- Агата Денисовна...
Агата Денисовна, да я за вами не успеваю!
Агата Денисовна!
Агата Денисовна, может, я на машине лучше?
Агата Денисовна!..
- Ой, молодец! - Слушай, мужик,
а кто оставил здесь эту собаку? - А если это моя собака?
Хочешь, продам? Дашь пять тысяч?
- Сейчас дам, сейчас. - Она породистая.
- Эта собака - свидетельница преступления.
Теперь еще раз повторите: ваша эта собака?
- Хочешь пойти по одному делу вместе с ней свидетелем, а?
- Мне таскаться с вами не резон: у меня здесь дел и так по горло.
- Вот именно. - Гони тысячу - я тебе все расскажу,
как сейчас помню. - А что, без тысячи нельзя, что ли?
- Агата Денисовна, да не связывайтесь вы с ним.
Хорошо, хорошо, дам! На, бери, только давай выкладывай все.
Быстро выкладывай все, что видел!
- Мужик ее привязал, такой моднявый весь.
Собачину погладил и говорит: "Будь умницей и сиди здесь тихо".
- Опиши мужика. - Да обычный мужик. Сказал:
"Размещу фотку в интернете - может, хозяин найдется".
И ушел. Я все сказал.
- Мы вашу собаку конфискуем.
- Все, продолжай отдыхать.
- Конечно. Так пешку, то есть тысячу еще никто не терял.
- А я за призами не гонюсь. - Правда?
- Да. Благотворительный взнос. - А.
- Это вы мне звонили? - Марфина Ирина?
- Да. - Да, я. Присаживайтесь.
Можно посмотреть ваш паспорт?
- Вы что, из полиции? - Нет, нет.
Я адвокат, представляю интересы своей жены Марфиной Агаты Денисовны.
- Даже так? - Да.
- Ха! А вы вообще в курсе, что ваш брак не может быть действительным?
- Это почему же так? Она свободная женщина, вдова:
муж умер, есть свидетельство о смерти.
- А у меня есть свидетельство, что Иван Павлович Марфин жив.
Смотрите. Это я делала фотографию.
Видите, там время идет.
Я даже пыталась его остановить.
Но вы его узнаете? Вы же с ним работали в суде.
- Да, да, да. Было дело, было.
- Это было просто ужасно.
Все произошло так быстро - мы даже не успели испугаться.
- Все подумали, что это был какой-то глупый розыгрыш.
- Вера Аркадьевна любила розыгрыши?
- Она ненавидела, когда ее разыгрывали,
но сама могла подложить... - ...свинью.
- Мама была эксцентричная женщина, если вы понимаете, о чем я.
- Я не понимаю. Объясните, пожалуйста.
- Ей не то что было наплевать на чужое мнение,
она очень интересовалась чужим мнением о себе,
о своем творчестве, но невозможно было понять,
что она на самом деле чувствует по этому поводу.
- Ну вы же с ней давно знакомы? - О да, лет 40 минимум.
- Когда вы видели ее последний раз живой?
- Сегодня утром, естественно. - Нет, я имею в виду живьем,
не по видеосвязи. - Ах, это...
Я не помню, лет десять назад, наверное.
- На годовщине смерти моего отца, 14 лет назад.
- А от чего умер ваш отец? - Его убили.
- Уличный грабитель.
- Это не мой отец.
Кирилл Анатольевич - отец Тимы и мой отчим.
Он был третьим мужем моей мамы... и последним.
- После того нападения Вера стала совершенно другим человеком.
Сначала она перестала выходить на улицу. Лариса за ней ухаживала.
А через год перестала пускать к себе гостей,
а потом и вообще всех, даже Ларису.
- А почему для этого секретаря она сделала исключение?
- Но кто-то должен был ее обслуживать.
- Мне кажется, она вообще к нему относилась
как к техническому средству: такой робот-пылесос на ножках.
- Это же вы нашли этого Тарелкина? - Да. Начинающий литератор,
хотел приобщиться к творчеству известного писателя.
- У вас есть свои собственные ключи от ее квартиры? - Нет.
- Нет. - Нет. - Нет.
- А кто-нибудь в семье умеет делать уколы?
Болеет диабетом? - Почему вы спрашиваете?
- Кажется, нет. - Да. У моей мамы диабет.
- Кажется, Вера Аркадьевна хотела-таки написать завещание.
Как вы думаете, в чью пользу?
- Она просто хотела держать нас в тонусе.
- Может, она подозревала, что ее хотят убить?
- Я же сказал, она была эксцентричной женщиной.
- Вашу машину видели в ее дворе.
Зачем вы туда приезжали? - Хотел с ней увидеться.
- Зачем? - Соскучился.
А она даже дверь мне не открыла и не стала со мной разговаривать.
- Вы знакомы с этой собакой? - При чем тут собака?
- Хороший пес. Не знаете, как зовут?
- Я видела только ее виртуально, когда звонила маме.
- Я подарил ей этого щенка. - А зачем подарили?
- Думал, что она будет вынуждена с ним гулять
и начнет снова выходить на улицу. Но ничего не вышло.
- Возьмете ее себе? - Да, конечно.
- Но почему выбран для убийства тот уникальный момент,
когда пять свидетелей смотрят на тебя?
- Значит, так, убийство - как заявление,
как предупреждение кому-нибудь, вот и все!
- Кто-то из семьи совершил убийство. Чужими руками.
Для чего выбран этот уникальный момент?
Для того, чтобы иметь алиби и подставить Тарелкина.
- То есть мы членов семьи пока не исключаем?
- Не исключаем. Надо поднять старое дело об убийстве мужа Страховой.
Вдруг там есть какая-то связь? - А этим займется капитан Волкова.
- А почему мне бумажки достаются? - А вот мы и проверим
вашу способность к аналитике.
- Ну а я поеду в дом престарелых, опрошу последнего свидетеля.
- Да. - Сестру Веры, Любовь Аркадьевну.
- Давай. - Она же в деменции.
- Да мало ли что! - Мало ли что.
(Звонок телефона.) - Усович слушает.
- Ефим Григорьевич, это Толик. - Где тебя носит?! Тебя все ищут!
Ты же в курсе, что Веру убили? - Да, я знаю.
Я просто не знаю, что мне с этим делать.
- Как - что?! Необходимо сдаться, объяснить, что ты не убивал,
что тебя подставили! - Я понимаю, просто такое дело, что...
Не знаю, как сказать. - Слушай, хватит сопли жевать,
говори как есть. - Я вчера продал
экземпляр ключей Тимофею Кирилловичу. - Ты... Ты совсем рехнулся?
- Сглупил. Он пообещал хорошие деньги.
Я подумал: ну что плохого, если сын пообщается со своей мамой?
Он пообещал, что не скажет Вере Аркадьевне, откуда у него ключи.
- Вот ты идиот!
Значит, это Тимофей нанял убийцу.
Так, сбрось свои координаты, я приеду и тебя заберу.
- Да-да, сейчас.
(Звонок телефона.) - Капитан Волкова слушает.
- Дежурный. Пришел гражданин Усович с важной информацией. Пропустить?
- Пропустить конечно! Еще спрашивает.
- Котик! Котик, я дома.
Котик, ну ты чего? Не рад?
- Слушай, прости, мне не до тебя. Может, тебе лучше уйти?
- А что это за компьютер? - Моей матери.
- А что там? - Смотри, если хочешь.
- Ее незаконченный роман?
- Очевидно, автобиографический.
Название говорящее: "Последняя исповедь".
- Подожди, так этого быть не может. Я... я не верю!
Такого быть не может. Нет. - Это значит,
что моя мать спланировала убийство моего отца.
- Здрасте. - Здравствуйте.
- Здравствуйте! - Здравствуйте!
- Можно будет купить яхту, уплыть в теплые моря,
пить коктейли, ловить рыбу и никогда не сходить на берег.
- Нам денег-то хватит на такую яхту, на которой жить можно?
- Хм! Наследства всем хватит.
Последний муж бабушки оставил ей кучу бабок.
Плюс немеряные доходы от книг.
- А как же Люба? Мы что, ее тут бросим?
- Зачем? Возьмем ее с собой и сделаем из нее пиратку.
Посадим на капитанский мостик,
и пусть отпугивает рыб вставной челюстью.
- Не помешал? - Послушайте, что вам опять от нас нужно?!
Мы вам уже все рассказали.
- Так вот хотел побеседовать с вашей двоюродной бабушкой.
Она ведь тоже была на видеоконференции,
а до полиции не доехала. Нехорошо. - Может, это потому,
что она никуда не ездит и вообще не может давать показания?
- Позвольте мне самому в этом убедиться.
Любовь... Можно, да? Любовь Аркадьевна...
Любовь Аркадьевна! Хотел спросить у вас о вашей сестре.
Любовь Аркадьевна, вы помните сегодняшнее утро?
Сегодня день рождения у вашей сестры Веры.
И вся семья ее поздравляла.
- Да, папа принес торт только мне,
а Верка все свечи задула сама, мне ни одной не оставила.
Ей купили туфельки, а мне нет. - Угу.
Хорошо, купят.
Извините.
- Котик, я поехала. Скоро вернусь.
- Ты куда? - С подружками договорились встретиться.
Я быстро к ним, а потом вернусь.
(Тихо свистнула.)
- Ефим Григорьевич, я здесь!
- Руки! - Всем стоять!
- На пол, сказал! На пол!
- Встал!
- Руки перед собой! Перед собой руки! - Пакуй.
- Гражданин Тарелкин, вы арестованы по подозрению в убийстве
Веры Страховой.
- Добрый день! - Здрасте!
(Звучит напряженная музыка.)
- Это снова я. А что, Эрни уже нет?
Простите, я хотел у вас спросить: это же вы помогали Любови Аркадьевне
справиться с конференцией? - Я, конечно.
Она же сама ничего не может.
- Хотел бы узнать, с какого устройства. Можно его увидеть?
- М-м... У меня его уже нет.
Эрни, то есть Эрнест, приносил планшет,
сейчас его унес.
- Эрни, пришел? Иди бабушку поцелуй.
- Понял. Хорошо.
- Ну вот и все. Видишь, как быстро?
- Прости, пожалуйста, я тебе совсем не помогаю.
- Ой, мне не трудно - ты чего?
Если хочешь мне сделать что-то приятное, то пожалуйста,
завтра сходи к врачу.
- Мама, пожалуйста, не начинай хотя бы ты.
Меня Эдик с этим врачом уже замучил.
- А что такое, я не понимаю. Тебе что, три года, что ли?
Врачей боишься?
- Я не боюсь - я...
Я боюсь, но не врачей.
Боюсь, что с ребенком что-то не так. - Тем более.
Хочешь, я с тобой пойду?
- Да нет, ты права: что, мне три года?
Схожу. - Обещаешь?
Ну, зови детей. Сири!
Иди, садись сюда. - Варя! Гриша!
Самое главное - Сири уже здесь. - Ну да.
(Звонок в дверь.) - Ключи забыла, что ли? Растяпа!
(Звонок в дверь.) Да иду!
(Звонок в дверь.) Да иду, хватит звонить.
О! Здрасте.
Ну заходите, коли пришли.
(Звучит динамичная музыка.)
- Здорово, парни! - Привет! - Рад видеть.
Здорово! - О! Андрюха!
- О, Данька! - Здорово!
- Ну как ты? - Нормально! Сам как?
- Да нормально. - Давай возвращайся. - Разберемся!
- О! Привет! Когда тебе уже капитана дадут?
- Да ну тебя! - Привет! - Здравствуйте.
- Здравствуй. - Здравствуй. - Здравствуйте. - Привет!
Что, есть кто живой?
Ого...
Ха-ха!
- О! Вот ты где! А мне доложили, что ты пришел.
- Э-э-э!.. Азатыч!
- А это что у тебя? - А это на столе лежало,
это мое первое дело: там убийство, ограбление мужа,
между прочим, известной писательницы Веры Страховой.
- Так это дело вел ты? - Не то что вел - на подхвате был.
Преступника, между прочим, мы так и не нашли.
- А! Ага. А детали дела помнишь?
- Обижаешь, Азатыч, ну!
Эта писательница та еще стерва оказалась.
У нее мужа убили - она волновалась, как ее последний роман продается.
- Да-да-да... Пойдем со мной! Идем-идем!
- Да? - Да.
- О! Это правильно. Сюда.
- Что там? - Сейчас объясню.
- Толик, это я!
У меня потрясные новости! Ты где?
Толик!
Я нахожусь в заброшенном пионерском лагере.
- А у меня завтра первое занятие по пению.
- Боже мой! Дай я тебя поцелую.
- Спасибо.
- Ешь, хватит сидеть в телефоне.
- Эдик пишет, что не скоро дома будет.
- Ну да, мне он тоже написал, что убийцу поймали.
Ну понятно: допрос.
- Слушай, бабуля, мне кажется, полиция взяла не того.
- Откуда ты знаешь? - Ну вот, сама посмотри.
Я подписался на один подкаст - там сегодня вышло несколько роликов
про убийство этой писательницы.
- Здесь был секретарь Страховой Толя Тарелкин. Сейчас его нет.
Если его взяли полицейские, то они ошиблись:
он невиновен, его подставили.
А я продолжаю идти по следам настоящего убийцы.
- Ты мне должен об этом все рассказать.
- Хорошо. - А сейчас садись ешь. Потом.
Эй, все. А ты чье место заняла, а, красавица?
- Кончай тут дурочку валять! Зачем ты Страхову убил?
- Я никого не убивал. Меня там не было.
- А кто, по-твоему, ее убил, а?! - Я не знаю.
- Чего прятался? - Испугался.
- Кто предупредил? - Никто. Я...
Я пришел на работу - к дому Веры Аркадьевны, -
а там ее выносят. Я побежал. - Куда побежал?
- Куда глаза глядят. Туда забежал... - Куда?!
- Я не помню. Я... - Не помнишь?!
- Вот это - дело Страховой.
А кстати, как тебе наш новый опер?
- Руслан Азатович, но вы же никогда не одобряли
такие способы давления на задержанного.
Это же не наш метод. - Ну да, не одобрял.
Может, я, как говорится, мягкотелый, по старинке.
Новые времена - новые методы. - "О времена, о нравы!"
Товарищ полковник, если я что-то понял за все это время,
то одно: в любой ситуации нужно оставаться человеком.
- Ты знаешь, из тебя получился неплохой полицейский.
Может, вернешься? - Да? Не знаю.
Может, и вернусь.
- Я и не таких колола! - Капитан Волкова!
Вас срочно хочет видеть начальство.
Я сам допрошу задержанного. Волкова: - Тебе повезло.
- Ключики от наручников, будьте добры.
- На! - Какая, а!
- Принесите нам воды попить. - Ага, бегу, спотыкаюсь.
- Вы же хотите пить? - Угу.
- Просто расскажите, что там у вас произошло.
- Понимаете, я сделал большую глупость:
дал дубликат ключей Тимофею.
Получается, он свою мать убил.
- Котик, я дома!
Тима, я вернулась. Ты где? Котик!
Тима! Ау! Ты где?
(Звучит тревожная музыка.)
Тима...
Тима!
Тима, ты чего?
(Звучит зловещая музыка.)
Черт!
Черт, черт, черт, черт!
Черт!
Ах! - Здравствуйте! Мы из полиции.
К Тимофею Страхову. Где он? - Он там.
- А вы кто? - Я ни при чем.
- Чисто.
- Вчера Тима достал ключи от квартиры матери Толика.
- Зачем? - Хотел с ней поговорить.
Он мутит какой-то инвестпроект - ему нужны были деньги.
Он хотел прийти к ней после общего созвона,
поэтому во время звонка расположился неподалеку,
в гостинице на соседней улице от Вериного дома.
- Значит, он увидел, как ей делают укол,
и тут же бросился к ней в квартиру? - А что еще он там увидел?
- Убийцы уже не было, собака сбежала.
Тимофей забрал ноутбук,
чтобы посмотреть финансовую информацию,
но там был только неопубликованный роман.
- Роман? - Название "Последняя исповедь".
Там сказано, что Вера сама спланировала убийство Тиминого отца -
из-за денег. - Он все понял, прочитав роман?
- Да. Его отец завел молодую любовницу, Вера об этом узнала,
испугалась, что тот при разводе оставит ее вообще без ничего.
- Вот! А-а...
- Ваш голос... - Что с моим голосом?
- Я вас знаю. - Ах!
- Убийцу она там, случайно, не назвала?
- Какой-то Усевич.
Он без ответа был влюблен в нее долгое время.
Вера пообещала быть с ним, если он поможет избавиться от мужа.
- Усович. Значит, он специально сегодня сдал нам секретаря,
чтобы у него было больше времени разобраться с Тимофеем.
- Где Усович? - Пойду объявлю в розыск. Не уйдет.
- Ну а вы-то как умудрились вляпаться во все это?
- Да я начинающая журналистка.
Я хотела просто поближе подобраться к Вере Страховой.
- Добрались?
Ладно...
(Стук двери.)
- Ты слышала?
Ну пойдем. Тихо! Тихонько, тихонько.
Тихо, тихо, тихо...
(Звучит интригующая музыка.)
Тихонько! Давай, давай, давай...
- Ой! Агата Денисовна, ну так нельзя! - Я тебя убью в следующий раз.
- Нельзя так пугать. Откуда вы взялись, а?
Вы что, с дядей поссорились? - При чем здесь "поссорились"?
Дом охраняю, пока тебя нет. - А-а.
Ой... Я голодный. Я как собака голодный: весь день ничего не жрал.
- Ну а чего ты жрачку воруешь из холодильника?
Садись, я тебя накормлю. - Уф!
- Сири, что будем ему есть давать?
Ну что, давай салат ему дадим.
Еще сырку подрезать? - Да, Агата Денисовна.
Голодный как... как Сири.
Вот если Усович и убивал...
Хотя он не мог убить свою путеводную звезду.
Но если он все-таки ее убил, то он не допустит,
чтобы ноутбук с романом "Последняя исповедь"
попал в чужие руки. Остается...
Остаются трое: малахольная дочь Лариса,
вот эта сестра Люба в деменции и вечный студент Эрнест.
- А чего ты Ларису малахольной называешь?
- Ну потому что она какая-то поломатая.
Она вечно мать боготворит, а себя ни во что не ставит.
- Понятно: дитя нарциссической матери.
- Ну да. Но я не верю, что она способна поднять руку на свою мать.
Хотя она знает, что такое инсулин: у нее диабет - все понятно.
- А сестра?
- Там, в этом доме престарелых, что-то не так, и я не понимаю что.
- Не может одновременно один и тот же человек
и убивать, и быть на видеоконференции.
Хватит кормить мою собаку!
Не смей! - Она голодная.
- Это дипфейк.
- Боже, да что вы сегодня меня пугаете всю ночь?
Что это такое - дипфейк?
- Ну дипфейк - это когда на видео одно лицо заменяют на другое
с помощью искусственного интеллекта. - Все, я понял.
Это два человека: один пошел ногами убивать,
а второй остался сидеть у экрана в видеоконференции
и делать ему алиби. Все, это Эрни, внук, наследник.
- Да, его видеоклон был в окошке, в мониторе,
а сам он тогда был со шприцем.
Безупречное алиби! - Вот.
- Быстренько все по коням! Дел невпроворот.
- Вы меня точно не обманываете? Сюрпризов никаких не будет?
- Таня, ну какие сюрпризы, ну!
Варя - на вокал, Гриша после занятий заберет;
собака - домой; Агата Денисовна - в парикмахерскую;
я - на работу. - И помни, что ты мне вчера обещала.
- Сделаю сегодня же.
(Стук в дверь.) - Да, да, да, заходите, пожалуйста.
Проходите. Привет, Агата. - Здравствуйте!
- Здравствуйте! Проходите.
Так, все готово. Садись. Угу...
А вы стойте здесь и ждите.
Мы сейчас что-нибудь придумаем.
- Ты точно уверен, что вам ничего не угрожает?
- Что нам может угрожать? С Эдуардом все нормально будет.
- Ну да, действительно, что же может случиться?
Вы всего-то едете ловить убийцу, так?
- Варя, мы с вами.
- Попроще...
(Звучит интригующая музыка.)
- Детки упекли?
- Нет у меня детей.
Родная сестра, представляете?
Всю жизнь за ней помои выносила, ноги мыла, кормила, одевала,
а когда у самой ноги отказали, она...
- Да уж, сестра.
А моя вообще всех моих мужчин уводила.
- Да?
- Ой, был один - такой красивый! Богатый.
Жениться на мне хотел, а она отбила,
сама за него замуж вышла.
Потом убила его.
И так все обставила, как будто это грабитель был.
Ну, жизнь у нее после этого пошла совсем паршивая: стала всего бояться.
- Я тоже всего боюсь.
Вроде никого не убила, а боюсь.
- Она бояться стала ковида, отравы, сообщника своего...
меня. - А вас-то почему?
- Поняла, что я обо всем догадалась. Ку-ку!
А вы меня слушаете?
- Что? - Тоже ку-ку. Ха-ха!
- Это что такое? А ты, вообще, кто такой?
- Да я новенький: сегодня первый день.
Сразу эту рухлядь вручили под опечение.
- С какой это радости ее к моей пациентке подселили?
У нее, вообще-то, договор на одноместную палату.
- Да я откуда знаю? Вроде временно. Говорят, мест нет.
Но, я так понимаю, места у вас часто освобождаются.
- Я буду жаловаться главврачу! - Да он уже ушел.
- Да. Ты должен приехать: к нам в палату кого-то подселили.
Да нет у меня никакой паранойи! Приезжай.
- Н-да...
Слышен разговор: - Дина, ты выбросила ключи от Веркиной квартиры?
- Конечно. По дороге сюда.
- Тетя Люба, что дальше-то? - Да у нас все идет отлично!
Надо немножко подождать: когда вступят в права наследования.
- А долго это вообще? - Да нет, какие-то полгодика.
- Ого! Да я с голоду сдохну! - Ничего, потерпишь.
Вообще-то, из нас троих больше всех я заслужила:
это я в бабку шприц вколола, а не ты.
Тебе в этот момент надо было на всех экранах светиться.
- Толик, это ты пришел?
Решила написать завещание - и я позабочусь об этом сама.
Так что... Ах!
- Мама... (Звучит зловещая музыка.)
- Так это не дипфейк? - Вы о чем?
- Я не шарю. - Смотрите, я ваше признание
сняла на телефон. - Я подозревала, что она притворяется.
- Отдайте мне телефон! - Я все сняла...
- Отдайте мне телефон! - Сюда уже едет полиция!
- Стоять! А ну-ка, все на пол!
- Что на пол? Они уже давно лежат. - А... Да, да.
Вы арестованы по подозрению в убийстве Веры Страховой.
- Все трое. - Да.
- Ай...
- Так, ну что, в принципе, все довольно-таки неплохо.
Единственное, уровень эритроцитов у вас упал еще с прошлого посещения.
Гемоглобин существенно ниже нормы.
Так и запишем: "железодефицитная анемия".
- Ну наконец-то у меня справка будет, что я не железная.
Буду ходить ее всем показывать. - Не вижу ничего в этом смешного.
В вашем возрасте и положении анемия крайне опасна.
Вы хоть отдаете отсчет о возможных последствиях?
Угроза потери беременности... - Я поняла, доктор, хорошо.
Спасибо. Буду следовать вашим рекомендациям.
- Так, я сейчас напишу необходимые железосодержащие препараты.
Ешьте красное мясо, печень и прочие субпродукты.
Вопреки мнению большинства, железо из растительной пищи
усваивается гораздо хуже. - То есть гранатовый сок
бесполезно пить? - Ну, хуже не будет.
Самое главное - покой, отсутствие стресса.
И через две недели я вас жду на приеме.
- Хорошо. - Держите. - Да, все спасибо. До свидания.
- До свидания.
- Я дома!
Милая моя, иди ко мне! Иди ко мне, иди!
- Ну что, дядя, доставил в целости и сохранности.
- Ты что это, в дом престарелых собралась, что ли?
- Нет. Я наоборот - оттуда.
И ты знаешь, когда оттуда выходишь, хочется жить.
Долго, счастливо. И вообще, твой племянник молодец,
мой внук Гриша молодец: мы поймали всех преступников.
- Каких еще преступников? Каких преступников еще?!
- Дядя... - Молчи. Ну-ка пойдем дома поговорим.
Пойдем-пойдем. - Игорек... - Дядя...
- Молчи, я сказал! - Это было абсолютно безопасно.
- Ну-ка, поподробнее. - Ноль опасности! - Помолчи!
- Я понял. - Это же все было в доме престарелых, понимаешь?
- Пикнешь - сейчас умрешь, поняла? - Да, да. Что вам нужно?
Деньги? Ключи? - Заткнись.
Будешь слушаться - ничего не случится с тобой.
- Ага, хорошо. Скажите, что вам нужно.
- Руки завяжи.
- Руки!
- Слушай меня внимательно! От этого твоя жизнь зависит.
Твой отец украл деньги, большие деньги.
- Я ничего не знаю. - Ты ничего не знаешь?
- Я ничего не знаю. - А мне плевать, что ты ничего не знаешь.
Потому что ты мне их вернешь. Это мои деньги!
А если ты не вернешь, то я убью всю твою семью.
Детей, мать и даже собаку матери.
Поняла меня? Да?
Ты меня поняла? - Да.
- Не вздумай ничего говорить менту, с которым ты живешь.
Поняла меня? - Да, да.
(Стонет.)