- Вика, давай сюда иди. Иди осторожнее, ага.
Ну что, как тебе? Шикарное место? Шикарное?
- Обалдеть! - Я говорил.
- Просто бомба! - Да. - Ты молодец!
Ну что, начнем? - Начнем? Давай.
- Хай! С вами ваша наглухо отбитая подружка!
И сегодня мне лично предстоит узнать, что же там, за чертой.
А может быть, все не так крипово, как вам кажется?
Ну что, всем привет!
Увидимся за гранью!
- "В Германии в далеком 1284 году в старинный город Гамельн
вошел странный человек в одежде,
сшитой из кусочков разноцветной ткани.
Горожане так его и назвали - Пестрый.
Он объявил себя крысоловом и пообещал освободить город
от мышей и крыс, которых там в это время было великое множество.
Горожане пообещали очень хорошо заплатить ему за это".
- А что было дальше?
- Хорошо. "Тогда крысолов вытащил из-за пазухи дудочку и заиграл.
Крысы и мыши повылезали изо всех щелей
и собрались около крысолова.
Он повел вот эту свою стаю к реке Везер.
Зашел в эту воду. Крысы последовали за ним и все утонули.
Когда граждане освободились от этой чумы, они отказались платить деньги.
Выдумали всевозможные оправдания своей жадности".
- Так это же нечестно. Зачем тогда обещать?
- Неблагодарность - это, конечно, очень плохо.
Но крысолов им потом жестоко очень отомстил.
- Да? - Да. - А как?
- Ну очень жестоко. Ну прекрати, пожалуйста.
Я сказала, прекрати.
- Я не понимаю, ну сколько это можно обсуждать?
Я же тебе все уже объяснила. - Да-да, я слышал,
что это Леля во всем виновата - это же она завела тебе аккаунт
на сайте знакомств. А ты же тут совершенно ни при чем.
- Да, именно так. Я не понимаю, что тебя не устраивает
в этих объяснениях. - Ну тебе же не пять лет,
чтобы Леля водила тебя, как мама, за ручку.
- При чем здесь мама вообще? Леля - взрослая женщина,
что хочет, то и делает. - Да? - Да.
- А на свидания с мужиками Леля тоже будет вместо тебя ходить?
- Знаешь что? - Что? - А все-таки Леля
права была кое в чем. - И в чем же, хочу я узнать?
- В том, что я поторопилась!
С одним Отелло еще не развелась, а уже второго себе такого же завела.
- Ах вот как? - Да.
- Тогда я, может быть, пойду, чтобы не мешать тебе искать своего принца?
Ну что ж, я, очевидно, на эту роль-то уже не гожусь.
- Иди, пожалуйста. Я что, тебя тут держу насильно?
- Я сейчас пойду. - Иди.
- Я уйду, уйду. Только я попрощаюсь с Агатой.
- Опять достает дудочку. Но на этот раз, когда он играл,
к нему не крысы сползались, а дети - со всего города.
Всех возрастов. В том числе и дочка мэра,
примерно такого возраста, как ты.
Вот, и он, играя, увел их далеко-далеко в горы.
- И этих детей потом не нашли?
- Родители выскочили за ворота города. Плакали, кричали, звали.
Но вот не нашли. 130 детей исчезли бесследно.
- Кошмар! И никто не знает, куда они точно ушли?
- Потом, через некоторое время, вернулись два мальчика:
один слепой, другой глухонемой.
Родители давай спрашивать: "Где наши дети? Где? Покажите, расскажите".
А они не могут рассказать: один слепой, другой глухонемой.
(Стук в дверь.) - Я не помешал?
- Помешал.
- Я, вообще-то, хотел попрощаться. - Хорошо.
- Я сейчас уйду. - Ну, уходи.
- Это что, кто-то грубит? Может, прощения попросишь?
- Да нет, не хочу. - А потом жалеть не будешь
за такой свой поступок? Вот как жители этого города.
- Нисколечко. - Я провожу.
- Спасибо, Агата Денисовна.
Спокойной ночи, Вареник. - Да, до свидания.
- До свидания. - Пойдем со мной.
Спокойной ночи. - Спокойной ночи.
- Танюша, я уложила. - Я слышал, вас отобрали в присяжные.
- Да-да, я прямо очень рада этому и прямо вся в возбуждении.
- Ну смотрите, это может быть очень утомительно.
Вы в курсе, что это уже третье рассмотрение этого дела в суде?
- Да, меня предупреждали.
- Когда начало слушаний? - Завтра с утра.
- Ну тогда я пошел? - Да. Ну, мы пошли?
Я вас провожу.
Все будет хорошо. - Да я даже не знаю.
- Ну я говорю, что будет все хорошо. До свидания.
- До свидания. - До свидания.
Тань, я никак не могу найти... С самого утра.
- Что? - Да я ищу кошку.
- Какую кошку? - Которая между вами пробежала.
- Ой, мама, ну не смешно. - Я тебя и не стараюсь рассмешить.
- Все плохо. - Ну что случилось? Что плохо?
- Да все плохо, все очень плохо. Просто хуже некуда.
- Да прекрати, пожалуйста. Хочешь, я тебе скажу -
вот как старая оптимистка? - Ну?
- Танечка, все могло быть гораздо-гораздо хуже. Поверь.
Ну, дочка, все будет хорошо.
Все будет хорошо. - Да.
- Варя, ты куда так торопишься? Жевать не забывай.
- За мной сейчас папа заедет. Он обещал.
- Папа? Он мне не говорил. А вы куда собрались?
- Он за вещами заедет. Я к нему переезжаю.
- Мелкая, ты даешь.
- Варюша, ну подожди.
Ты же не можешь просто так взять и переехать.
Нам с папой надо обсудить сначала все.
- Ты же говорила, я сама могу выбирать, с кем мне жить.
- Да можешь, конечно. Но не так, с бухты-барахты.
- Я уже все решила. Я хочу жить с папой.
- Да папа на работе весь день, а ты там с кем будешь?
В городе - одна, без друзей, без нас. - Я буду к вам приезжать.
- Варя, ты никогда в жизни одна не жила.
Ты здесь все время с кем-то: со мной, с бабушкой, с Гришей.
- Ничего, я привыкну. Я пошла вещи собирать.
- Мама, а куда Агата с утра пораньше?
- Она в суде - будет там в присяжных сегодня играть.
Как это все не вовремя сейчас.
- Сегодня в здании городского суда начинается рассмотрение по делу
Романа Белозерова, скандально известного лидера группы смерти.
На наши вопросы согласился ответить адвокат Белозерова,
судья в отставке, Холодов. Скажите, Игорь Борисович,
почему вы согласились представлять Белозерова в суде?
- Каждый человек имеет право на защиту и справедливый суд.
Кстати, это будет уже третье заседание суда присяжных
по этому вопросу. Первые два - присяжные оправдали полностью
моего подзащитного. - Однако суд высшей инстанции
оба раза отменял оправдательные приговоры
и отправлял дело на повторное рассмотрение.
Как вы думаете почему? - Имеют полное право. Еще вопросы?
- Каждое рассмотрение в суде по этому делу
вызывает широкое общественное внимание.
Дело в харизме обвиняемого или в чем-то еще?
- Нет, в интернете до сих пор появляются группы смерти,
несмотря на то, что Белозеров уже несколько лет сидит в тюрьме.
Дети по-прежнему в опасности.
По ТВ: - Общественность волнуется. Но виноват или не виноват
мой подсудимый, будет решать суд.
- Как вы относитесь к назначению судьи Марьянова?
- Вопрос повторите.
- Не кажется ли вам, что судья Марьянов слишком молод
и неопытен для такого сложного дела? - Нет, не кажется.
В силу возраста, я думаю, он имеет представление о том,
как устроен интернет. И потом, виновен или невиновен
мой подзащитный, будут решать присяжные. Спасибо.
- С вами была Марина Лукина и Владимир Гордиков.
- Это на процессе Белозерова Агата будет присяжной?
- Я не знаю, не спрашивала.
- Если да, то это вышак.
- Привет-привет. Ну что, Варя собралась?
- Привет. - Привет. - А можно тебя на минуточку, Витя?
Тебе не кажется, что надо сначала этот переезд со мной согласовывать?
- Ну ты же со мной ничего не согласовываешь, правильно?
Почему я должен? А потом, мне Варя сказала,
что ты разрешила ей сделать выбор. - Да, но не так же:
взяла и переехала! Надо как-то все распланировать, организовать.
- Признайся, ты просто была уверена, что Варя выберет тебя.
Поэтому и предложила это сделать.
Ну, просто хотела показаться лучше, чем ты есть на самом деле.
- А ты мне это назло делаешь?
- Мама, мама, все. Успокойся, не переживай.
Варя уже взрослая. Все, не расстраивайся.
- Да...
- Я просто это делаю ради своей дочери.
Я не хочу, чтобы она оставалась с матерью на грани нервного срыва.
И потом, я не хочу, чтобы она мешала твоей интенсивной личной жизни.
- А у тебя она там с кем оставаться будет?
Или, может быть, ты с работы уйдешь - будешь сам ей борщи варить?
- Мое финансовое положение позволяет мне нанять
специально обученного человека для варки борщей.
- Привет, пап. Я собралась. - Привет, моя хорошая. Привет.
- Витя, ну что ты творишь? Так нельзя!
Я запрещаю, в конце концов! - Можно и даже нужно.
Хорошего отношения ты не ценишь - значит, будет по-плохому.
Увидимся в суде.
(Долгие гудки.)
(Плачет.)
- Ну что?
(Звонок телефона.)
(Скулит собака.)
(Звонок телефона.)
- А я думал, ты не хочешь со мной разговаривать.
Жилкина: - Обычно нет, но сейчас у меня к тебе дело. Ты где?
- О, простите, я не узнал. Еду, я скоро буду. А что случилось?
- Слушай, на городской свалке найден труп. Можешь забирать, он твой.
Бригада уже выехала. - Принято, Евгения Марковна, выезжаю.
- Тишина.
Представьтесь, пожалуйста. - Полковник Исаев Руслан Азатович.
- Защита, можете приступать к опросу.
- Хочу уточнить.
Это же ваши подчиненные осуществляли предварительное следствие
по делу о самоубийстве подростка Максима Яровенко?
- Да, именно так. - Каким же образом
им удалось совместить гибель ребенка с моим подзащитным?
- Дело в том, что Яровенко участвовал в группе.
Группа называлась "За чертой".
А модератором этой группы являлся Белозеров.
- Значит, лично они даже не были знакомы?
- Но они переписывались по интернету.
- Этого достаточно, чтобы осудить Белозерова?
Вам не кажется, что в гибели подростков, скорее всего, виноваты
неблагополучные семьи, безразличные учителя, озлобленные одноклассники
и вообще эта унылая однообразная жизнь, а не группа в интернете?
- Мне кажется, что вы просто неверно понимаете деятельность этих групп.
Дело в том, что модераторы таких групп - люди достаточно циничные
и используют наивных детей как подопытных кроликов.
Так сказать, для повышения собственной самооценки,
для самоутверждения за счет слабых.
- В Уголовном кодексе нет статьи за самоутверждение.
- Да, но Уголовный кодекс
надо ужесточать по отношению к таким преступлениям.
- 110-я статья гласит: "Доведение лица до самоубийства путем угроз,
жестокого обращения и систематического унижения
человеческого достоинства".
Где же здесь угрозы, жестокое обращение?
- Дело в том, что модераторы напрямую так не действуют.
Они, так сказать, действуют более тонко:
всякими психологическими штучками расшатывают психику ребенка.
И, самое главное, они напрочь убивают чувство самосохранения.
- А можно поконкретней? - Да, пожалуйста.
Допустим, регулярно устраивают по ночам всякие бдения.
Ребенок вместо того, чтобы спать, смотрит ужастики,
так называемый шок-контент.
А потом модераторы потихонечку влезают в эту израненную душу,
сказав: "Все твои проблемы мы понимаем".
- При дознании ваши подчиненные использовали незаконные методы
для получения информации? М? - Протестую.
Защита использует бездоказательные домыслы.
- Почему же домыслы? Разве Управление собственной безопасности
не устроило проверку полковника Исаева
с заявления моего подзащитного?
- Проверка не подтвердила обвинения Белозерова.
- Может быть, потому, что полковник Исаев покрывает своих подчиненных?
- Поддерживаю протест. Это домыслы.
Адвокат, есть еще вопросы по существу?
- Нет, господин судья. У меня все.
- Ну чего там, Лева?
- Никаких личных вещей, ни документов, ни телефона.
Пока запишем как незнакомку. - Как ее убили?
- Механическая асфиксия. Цианоз лица и шеи, расширенные зрачки.
- Удавка? - Борозды нет.
Либо подушкой, либо, скорее всего, руками.
После вскрытия смогу точнее сказать. - Место, время?
- Где-то в районе полуночи. Место - без понятия, но точно не тут.
- Угу. То есть отпечатки нам не помогут -
на рецидивистку-то она не похожа.
Поиск по фото? - Уже отправил компьютерщикам,
ищут по соцсетям. - Лева, что бы мы без тебя делали, а?
- Да я думаю, все то же самое. - Ладно, все. Держи меня в курсе.
- Хорошо.
- Сюда нельзя.
- Слушай, туда можно как-то... - Чего?
- Ты не знаешь, как туда пройти? - А, по спискам пускают.
- По каким? - Свидетели, потерпевшие.
- А если у меня родственник - присяжный, проканает?
- А что, у тебя из предков в присяжных кто-то? - Ну, типа того.
- Слушай, у меня друг в зале, обещал запись сделать.
Могу дать послушать, но позже. - А это законно?
- Слушай, я эти законы...
Жека. - Гриша.
- Приятно. - А ты тут чего, по делу или как?
- Не, я сижу водичку пью. Да я с Максом знаком... был.
Яровенко, который с собой покончил. - Круто.
- Ну... - Ну, в смысле респект.
- Ну да.
- Виктор! Подожди.
Нам надо поговорить. Мне кажется, ты меня избегаешь.
- Тебе не кажется. - Ты не отвечаешь на мои звонки.
- Иди в клуб. Иди-иди. - Хорошо.
- Ты упекла меня в эту проклятую клинику. А теперь... Вероника,
что теперь ты от меня хочешь? - Но это была вынужденная мера.
Тебя надо было спасать. - Меня надо было спасать
от твоего сумасшедшего гипнотизера. - Ведь он тебе помог - разве нет?
Как ты сейчас себя чувствуешь? Скажи мне, я очень за тебя волнуюсь.
- А ты не волнуйся. - Тебе лучше?
- Лучше? А что ты имеешь в виду? - Я о твоем сексоголизме.
- Сексом я больше не занимаюсь. Ты это хотела услышать?
Меня от него просто воротит. И от тебя тоже воротит!
Не звони мне больше. Все!
- Ну что, девчонки? Хором: - Здравствуйте!
- Как наши дела? Без происшествий? - Все в порядке, Виктор Леонидович.
Вас бухгалтер хотела видеть - у нее бумаги на подпись.
- Так. - И клиент вас ждет.
Хочет приобрести корпоративные карты для сотрудников.
- А я ему зачем? Пускай идет в отдел договоров.
- Сказал, что хочет обсудить какие-то особые условия.
И посмотреть, что за услуги мы предлагаем.
- Особые условия, услуги! Ну что ж...
Добрый день! Меня зовут Виктор Кольцов.
Я владелец этого клуба. - Очень рад познакомиться.
Константин Нефедов. У меня свое адвокатское бюро.
- Очень приятно. Ну что ж, пойдемте я покажу вам клуб,
проведу маленькую экскурсию. - А мне что делать?
- Побудь в моем кабинете. В компьютер поиграй. Прошу.
- О, Эдик, привет!
Тут компьютерщики твой труп опознали по соцсетям.
- Ну и кто она? - Ник - Августа Печальная.
Также известна, как Вика Измайлова. Она репортер на местном ТВ-канале.
Вот, посмотри, это она в интернет выложила.
Видео быстро набирает просмотры.
Видео: - Ну что, всем привет!
Увидимся за гранью!
- Странно. Выглядит и ведет себя как подросток.
- Угу. Похоже на самоубийство.
- Было бы похоже, если бы ее не задушили.
- Думаешь, это розыгрыш?
- Довольно жестко для розыгрыша. Не думаешь?
Ты свободна? Может, рванем со мной на телевидение?
- Да, давай.
- Кочерга не расстроится?
(В наушниках звучит ритмичная музыка.)
(В наушниках звучит песня на английском языке.)
(Смеется.) - Господи, как ты меня испугала!
- Ты чего трубку не берешь?
Я хотела позвать тебя на презентацию, а ты не отвечаешь.
-Нет уж, спасибо. Все, хватит с меня, больше никаких презентаций.
Мы после этого сайта знакомств знаешь как с Эдиком поссорились?
Все! Больше... - Танюша!
Ну поссорились - помиритесь.
- Какая у вас тут жара! - Да...
- В хорошем смысле.
- Давайте я вам лучше мужскую сауну покажу.
- Я тебя умоляю, это же прекрасно. - Что прекрасно?
Что муж настраивает против меня дочь? - Ну конечно!
Пусть, наконец, сам поймет, что такое быть отцом.
- А сейчас он не понимает? - Нет.
Дети же все время были на тебе. Я могу поспорить,
не пройдет и недели, он попросит о пощаде.
- Кто, Витя? Он такой упрямый - свои ошибки никогда не признает.
- Ой, стопудово попросит.
Знаешь, а у меня есть гениальная идея!
- Ой, нет, я тебя прошу: только не гениальные идеи.
Все, хватит. - Принцессочка моя, только послушай.
У тебя же сейчас, получается, незапланированный отпуск, так?
Я предлагаю использовать это время по полной. Уйдем в отрыв, м?
Зажжем огни родного города? - Леля, ну какие огни?
- Значит, так, мы сегодня вечером идем на быстрые свидания.
- Нет. - Да: я купила билеты.
- Нет. - Да, и это не обсуждается.
(Сигнал видеовызова.)
- О, привет. - Привет. А где это ты?
- Да у папы на работе. - Блин, клево, наверное.
- Скукотища. "Скоро поедем, скоро поедем..." И так целый день.
А ты как? - Да бабушка заболела,
а я дома сижу. - Понятно. Залипаешь, короче.
- Кстати, нашел одну группу - называется "Крысолов".
- И чего они там, крыс ловят? - Угу. Такие, типа, задания -
ну, квесты, которые нужно выполнять. Бывают прямо страшные -
как хоррор, только взаправду. - Прикольно! Я тоже хочу.
- Давай тогда тебе сейчас приглашение скину. Ну и поручусь за тебя.
- Света, открой, пожалуйста. Спасибо. - Потом в группу постучишься,
тебя сразу модератор примет. Тебе нужно будет только письмо...
- Варя, совсем забыл. Слушай, пойди погуляй немного.
Мне еще нужно поработать. Скоро поедем.
- Можно хотя бы на улицу? - Нет, нельзя на улицу.
Погуляй в клубе. И я тебя прошу: не мешай ни клиентам, ни персоналу.
Книжка есть? Почитай книжку. - Когда домой поедем?
- Я сказал: скоро! Иди. - Понятно.
- Присаживайтесь. - Ваша дочь?
- Да. Хорошая девочка. Мы с женой решили пожить раздельно.
А вот дочь осталась пока со мной.
- И ваша супруга добровольно согласилась оставить вам дочь?
- Можно сказать и так. Это, конечно, еще не окончательная победа.
Финальная схватка еще впереди, но... - Собираетесь идти в суд?
- А что? - Думаю, с этим я могу быть вам полезен.
Наша специализация как раз - разводы, разделы имущества.
- Так, так, так, интересно. Развод по бартеру, значит.
- Ну а почему бы двум уважаемым бизнесменам не помочь друг другу?
- Извините, уважаемый! Извините, пожалуйста...
Извините, где можно найти продюсера Агибалова?
- Посмотрите в аппаратной. Он был там. - Спасибо.
- Да, Измайлова работала по заданию канала над сюжетом о группах смерти.
А что? - Андрей Владимирович,
можете подробнее рассказать про ее задание?
В чем оно заключалось?
- Вы же в курсе об очередном суде над Белозеровым? - Да.
- Вике поручили выяснить, что происходит в аналогичных группах
после его ареста. - Ну и как, ей удалось что-то узнать?
- Появилось приличное количество новых групп.
В одну из них она даже внедрилась под ником
и стала выполнять задания модератора.
- Не знаете, как называлась эта группа?
- "Крысолов". Вчера было финальное задание: выпиливание. Самоубийство.
Она должна была броситься с крыши.
Это была постановка. Вы здесь из-за этого ролика?
- Вы разговаривали с Викой Измайловой после съемки?
- Я ей звонил с утра уточнить, когда ждать материал.
Но она не ответила. Я думаю, она ушла в подполье:
решила не светиться после фальшивого самоубийства.
- Вика Измайлова не прячется. Она мертва.
- Нет. Этого не может быть. - Ее задушили,
это точно не самоубийство. Хотите, я вам покажу фотографии ее тела?
- Какой кошмар...
Такая молодая... - То видео с крыши - его кто снимал?
- Наш оператор. Он сейчас дежурит у суда:
снимает репортаж о Белозерове.
- О, вон следаки идут. - С чего это ты решил, что это менты?
- Так я работал с ними. Помогал преступников ловить. - Хм!
- Ага. - Ничего себе.
- Старший лейтенант Свиридов. - Здрасте.
- Скажите, вы снимали это видео? - Да, я. А что?
- А во сколько это было? - Часов в девять вечера.
А что случилось? - Во сколько вы расстались с Викой Измайловой?
- До половины одиннадцатого точно: в одиннадцать я уже дома был.
А почему спрашиваете-то? - Этой ночью Измайлову убили.
- Господи... Убили? Когда? - Вам придется проехать с нами.
Покажете крышу, где вы снимали это видео.
- Хорошо. - Ждем вас.
- Ладно, бро, я погнал. Думаю, новостей из зала суда уже не будет.
Чего, ты здесь будешь? - Да, я думаю, бабушку подожду.
- Ну ладно. Давай.
- Запись суда скинешь мне? - Да, да.
Кстати, я офиком в "Пикнике" работаю. Так что заходи на медовичок.
- Представьтесь, пожалуйста. - Яровенко Алексей Филиппович,
отец Максима, которого этот выродок довел до...
- Поняли, спасибо. Сторона обвинения может начать опрос свидетеля.
- Расскажите о вашем сыне. Какой он был?
- Я, конечно, могу быть необъективен, но спросите любого, кто знал Максима:
он хороший мальчик... был. Заботливый, чуткий, добрый.
- У него была диагностирована депрессия?
Вы обращались за помощью к психологам?
- Нет. Нет! Нет! Не было у него никакой депрессии.
- Возможно, вы просто не замечали его состояние.
Скажите, вы были близки с сыном?
- В последнее время он отдалился от меня.
Переходный возраст и все такое.
Но я бы заметил, если бы с ним что-то было не так.
- Как вы работаете, Алексей Филиппович?
- Я программист. Разрабатываю игры для телефонов.
- А чем вы можете объяснить самоубийство вашего сына?
- Не знаю... На него оказывали давление.
- Кто оказывал? - Белозеров оказывал давление!
- Заявляю протест. Ваша честь, это домыслы.
- Протест принят.
Не принимайте во внимание последние слова свидетеля.
- Прошу приложить к делу одну справку.
- Какую справку?
- Показания школьного врача, психолога,
о состоянии здоровья Максима Яровенко.
Его мать умерла от рака за год до его самоубийства.
Конечно же, у подростка была депрессия.
И он частенько обращался за помощью.
(Звучит динамичная музыка.)
- Обратила внимание, что с шефом происходит?
- Да, после этого санатория - или где он там был -
его как будто подменили. Вчера на уборщицу наорал...
- Да хрен с ней, с уборщицей, он чуть главбуха не уволил.
Угрожал и меня премии лишить. - За что?
- Опоздала после перерыва на обед! - Кошмар...
Но есть и плюсы: перестал волочиться за каждой юбкой.
- Уж лучше бы волочился, чем на нас злость срывал.
- Руслан Азатович, я на машине. Может, подвезти вас?
- Ну ладно, поехали.
- Агата, подожди. Я должен тебе кое-что сказать.
Ты была права. - А я всегда права.
Вообще, для карьеры адвоката выбрать такого подзащитного -
это дорогого стоит. - Да ничего особенного.
Просто громкое дело - можно использовать для пиара.
- Ты такой неразборчивый... Мне пора.
- Ну, до вечера. Гарантирую: ты ни о чем не пожалеешь.
И хватит циклиться на одном негативе. - Может, ты и прав.
Пора встряхнуться. - Ну все, встречаемся в клубе.
- Будь здоров. - Счастливо.
- О, Варвара Викторовна! Слушай, а поехали-ка мы домой.
У меня планы на вечер появились. - А я? Можно с тобой?
- Нет, ты сегодня будешь одна на хозяйстве.
Все по-взрослому. - Понятно, спасибо.
- На дорогу смотри. - Да что не так-то, Руслан Азатович?
- А сам-то как думаешь? Не, я просто люблю не могу врать в суде!
- Не волнуйтесь. Ничего они на нас не найдут.
- Я последнее время себе все время задаю вопрос, Андрюша, -
один тот же вопрос: зачем ты вообще в полицию-то пошел?
- А я не знаю, зачем я в полицию пошел.
Наверное, хотел на вас быть похожим. - Ну и как? Получилось?
- Знаете, как говорят, жизнь так устроена, а не мы.
Потому что... система так устроена. - Только не надо! Система...
Свиридову вот почему-то система не мешает быть честным человеком.
- Хотите сказать, что я нечестный, что ли?
Вы же сами мне говорили,
что правила для того и существуют, чтобы их нарушать!
-Я такого не говорил. Ну во всяком случае...
Ой, господи, да лучше бы ты футболистом стал!
Там вон все и правила нарушают, и мне было бы спокойнее!
- Вы хотите сказать, что я ни на что не годен?
- Не знаю, что тебе ответить - так, чтобы не обидеть.
Высади меня вот здесь, я немножко пешочком пройду.
- Что, где - здесь? - Здесь.
Ты, Андрюша, не обижайся.
Просто ты мне как сын, вот я и переживаю.
- Слушай, ба, а ты мне так ничего и не расскажешь?
- Нет, не расскажу. - Почему?
- Потому что такие правила: нельзя. - Ой, правила!
Ты сама мне говорила, что правила созданы, чтобы их нарушать.
- Нет, и не возбраняется, хотя это ужасно.
Ты представляешь, если не будет правил, будет не жизнь - будет хаос.
А шахматную игру себе без правил представляешь?
Все фигуры ходят как хотят. Это...
Просто тогда смысла не будет играть в шахматы.
Как там дома? - Да что дома?
Варя ушла домой к папе жить. - А мама?
- Нет, мама, конечно, расстроилась, но плакать не стала при папе.
- Это ужасно, если они вас будут использовать как оружие
друг против друга. Ой...
- Так, Варвара Викторовна, я ухожу. - Надолго?
- Не знаю. Не знаю - как пойдет. Ты допоздна не засиживайся.
Если я через пару часов не вернусь, ложись спать, хорошо?
- Хорошо. Пока. - Пока.
- Может, хватит себя изводить? Ты сделал для этого парня все что мог.
- Думаешь, все? - Да.
- Мы же могли его сами установить, а не отдавать на усыновление.
- Иди-ка сюда.
Вот: займись поиском родителей. - А что о нем известно?
- Дальнобойщик подобрал это чумазое сокровище где-то на трассе.
- Вдали от населенных пунктов. На теле - следы побоев.
Про родителей говорить отказывается.
Если захочешь уточнить, телефон водителя есть в деле.
Но, думаю, он снова в рейс уехал. - Майонезный ушлепок.
Но мы же не можем его держать в машине,
пока его родители не найдутся. - Нет конечно.
Созвонись с опекой, пусть определят в детский дом. Давай действуй.
- Привет.
Тебя как зовут? - Андрюша.
- Андрюша... А меня - Русланом Азатовичем.
Ты пирожки любишь? - Люблю.
- Угощайся тогда.
Вкусный?
- Да, конечно, мы должны были усыновить всех детей,
найденных дальнобойщиками на трассе. - Кочергин не все.
Кочергин - это мое первое дело. - Да помню я.
Ну ты же не отдал его в детдом - ты нашел для него хорошую семью.
Ты сам для него все эти годы был вторым отцом. Ну?
- Да что "ну"? - Ну хватит его спасать каждый раз,
когда он накосячит. Хватит! Он уже вырос, пойми это.
Просто пойми. - "Просто пойми". Просто...
У тебя всегда все просто. - А у тебя - сложно. - Я есть хочу.
- Пойдем.
- Здравствуйте. - Добрый день.
- Спасибо. Номер 2. - Здрасте.
- Пойдем со мной, ничего не бойся. - Хорошо.
Это надо прикрепить, да? - Здравствуйте. Да, вешай себе сюда.
- Так? - Да-да, все.
- Добрый вечер, красавицы! Добро пожаловать в клуб быстрых свиданий!
Девушки, занимайте свои места.
По моему сигналу мужчины будут переходить от стола к столу.
Девушки сидят на попе ровно и ждут своего принца.
Встретили принца - быстренько отдали ему свой номерок.
- Я не хочу встретить своего принца. - Успокойся, Таня.
- Иначе это может сделать кто-то из соперниц.
Как говорится, пришел, увидел, застолбил. Встречаем мужчин!
- На восьмитысячники я, конечно, еще не поднимался,
но все впереди. Горы зовут, как говорится.
Вот только печенку поправлю, а то что-то здоровье барахлит.
- Вы один живете? - Почему один? С мамой.
- Мы с мамой все вместе делаем:
вместе в кино ходим, вместе вот на кружок вышивания записались.
А вы как развлекаетесь? - Развлекаюсь? У меня двое детей.
- А комнат сколько? - Хватает на всех.
- Это же сколько денег надо, чтобы такой дом содержать?
Затраты, сплошные затраты.
- Я все трачу на себя любимую. Люблю, чтобы меня баловали.
- Все бабы хотят мужика до дна выдоить и на цепь посадить.
Какой мужик с этим смириться?
- Который любит? - Вот и осталась разведенка с прицепом.
Даже двумя прицепами.
- В детстве меня мама хотела на скрипку записать,
но соседи были против. Квартет - это как трио, только плюс один.
- Гайдн кодифицировал квартет как четырехчастную пьесу, понимаете,
и установил композиционную последовательность, как в симфонии:
быстрая часть, медленная часть, менуэт и быстрый финал.
- Я этот сериал до финала так и не досмотрел.
На что-то другое переключился. - Вас так легко переключить, да?
Жаль. Я люблю целеустремленных.
- Я страшно целеустремленный. - Серьезно?
- Вижу цель - не вижу препятствий. - Ну тогда возьмите.
- Ты что тут делаешь? - А ты тут что делаешь?
И Варя сейчас с кем?! Ты что, ее одну дома оставил?
- Ну знаешь ли, Варя не грудной ребенок -
она прекрасно может побыть дома одна. Таня, Таня!
- Вот эта крыша. Вика стояла вон там, а я - вон там.
- На видео кажется, будто это какая-то высокая крыша.
- Да, я специально с нижней точки снимал, чтобы такое впечатление было.
И чтобы соседние крыши в кадр не лезли.
Так невозможно привязаться к конкретному месту.
- Нет, высота все-таки приличная: метра четыре точно есть.
А как же она падала?
- А мы коробок еще больше накидали и сверху бросили надувной матрас.
- А после съемок вы расстались? Или вместе ролик монтировали?
- Да там особо монтировать нечего было.
Я лишнее обрезал и ей материалы на почту скинул,
чтобы она выложила. - Так вот, нам нужен необрезанный материал.
- Исходники, что ли? - Да, он же у вас остался?
- Да, конечно.
- Точно не боишься? - А чего бояться-то? Ты же со мной.
- Все, давай тогда велик тут оставим, а дальше пешком пойдем.
- Хорошо. Ты-то фонарик взял?
- Конечно взял. Пойдем? - Хорошо.
- Варя! Варвара Викторовна, подъем! Мне на работу пора. Варя!
Хорош валяться, Варя!