- Ой как вкусно пахнет!
Что же ты такое вкусное приготовила?
Жаль, я не смогу с вами поесть.
Иду с Лопатиным в "Пикник":
у нас преферанс. - Везет же некоторым.
- Бросай все и поехали с нами.
- Нет. - Почему?
- Сегодня я не заслужила. - А что за самобичевание?
- Я провалила прослушивание в оркестр.
Я его не провалила, меня взяли,
но я долго тянула с ответом,
и теперь там другая виолончелистка.
- И ты из-за этого расстроилась?
Да пусть они расстраиваются, что ты у них играть не будешь.
Ты у меня одна такая, а этих оркестров - пруд пруди.
(Сигнал автомобиля.) - Ухажер твой приехал.
- Так, я никуда не еду, помогаю тебе с готовкой.
- Нет, мамуля, пожалуйста, поезжай,
хорошо проведи время, а мне десерт привези, и все.
- "Анну Павлову"? - Давай. - Две?
- Шеин сказал, что придет со старой подругой,
потому что Светлана Ивановна отказалась.
Видимо, еще помнит избиение младенцами.
- Всем добрый вечер. - Добрый вечер.
- Прошу вас. Разрешите представить Маргариту Генриховну Дежур.
Прошу. - Здравствуйте.
- Народная артистка России, известная как главный голос Большого,
заслуженный деятель искусств. - Ромочка,
оставь эти эпитеты для моего некролога.
Мой секретарь в душе немножко конферансье.
Ну, председателя-то я знаю. А вы, милочка?
- Агата. Я очень рада с вами познакомиться.
Я ваша поклонница. Но вам, наверное, все об этом говорят.
- Увы, меня уже никто не узнает. Я сама себя с трудом узнаю,
особенно по утрам.
- Нет, ну что вы, ваш голос забыть невозможно.
Я до сих пор ни одной Виолетты, кроме вашей,
в "Травиате" принять не могу. - У вас хороший вкус.
Ромочка, попроси убавить кондиционер: я коченею.
- Секунду.
- Сдавайте.
- Котя... - Да, привет.
- Я соскучилась. Когда мы увидимся?
- Вообще-то, я планировал украсть тебя на выходные.
- Ты же по выходным с семьей. - Скажу, что уеду в командировку.
- Вау! Целый уик-энд. И куда мы поедем?
- Будет сюрприз. (Звонок в дверь.)
- Ой, котя, кто-то пришел.
Ну, ты скажи куда, ведь мне надо подготовиться.
Все, целую ножки. Твоя кошка.
- Здравствуйте. - До свидания. Я ничего не заказывала.
- Следователь Свиридов. - Ой.
- Ромочка. Ромочка, сходи скажи, чтобы включили кондиционер: я таю.
- Секунду. - А о чем будет ваша книга?
- Моя книга - это автобиография.
Изнанка театрального мира без купюр. Полная обнаженка сейчас в моде.
Я недавно писал портрет известной актрисы,
так та сама захотела позировать голой, представляете?
- Вы все равно изобразите ее так, что мать родная не узнает.
Пика. - Пас. - Пас.
- Ромочка... - Да?
- Ромочка помогает мне набирать текст.
Я без него как без рук.
- Вам знаком вот этот телефон?
- Это телефон моего жениха. Он его потерял.
- А имя есть у вашего жениха? - Виктор Кольцов. Он бизнесмен.
- А его бизнес - сеть фитнес-клубов "Крепкий орех"?
- Ну да. Я работаю там инструктором.
- Понятно.
Спасибо вам.
- Сравнивать исполнителей прошлого с исполнителями нынешними -
это все равно что сравнивать жопу с яблоком:
форма похожа - содержание разное.
Ромочка... - Да?
- Мартини. - Секунду.
- Старики ругают молодежь.
Уж эта музыка точно будет вечной.
Вот у Агаты Денисовны, например,
дочь профессионально играет на виолончели.
- Да. - Ке белло! Где?
- К сожалению, пока нигде.
После декрета не может никуда устроиться.
- У меня подруга, у нее племянник, он скрипач,
но руководит сейчас каким-то квартетом.
Я позвоню - он вас возьмет. - Да что вы? Прямо вот так легко?
Спасибо. - "Талантам надо помогать,
Бездарности пробьются сами!.." - что мы сегодня везде и наблюдаем.
- Значит, не взяли?
Ну что же, ты не расстраивайся. Может, оно и к лучшему.
Может, это не твое.
- А что тогда мое?
- Дом, семья, дети - разве этого не достаточно?
- Ну тебе же не достаточно. У тебя есть мы и все остальное,
а у меня - только мы. Чувствуешь разницу?
- Хм, ну ты сравнила! Я мужик - у меня другие потребности.
- А какие, по-твоему, потребности у женщины?
- Бабам нужна романтика: театр, поцелуи, свечи, комплименты.
А нам-то что? Нам нужен секс да и денег заработать.
- Ты, пожалуйста, не обобщай.
И потом, это ты видишь бабу, а я вижу женщину.
- Выходит, я жлоб, а ты - принцесса.
Ты, конечно, меня прости, но на принцессу ты не тянешь.
И дворец, в котором ты живешь со своей королевой-матерью,
тебе не по наследству достался, а построен за мои кровные жлобские.
- А ты меня каждый день этим попрекаешь,
но при этом, когда я на работу хочу выйти, ты почему-то против.
- Да почему я против? Я за. Но тебя же никто не берет.
- Ты помнишь, как ты ко мне в Новосибирск,
когда я была на гастролях, прилетел со своих соревнований?
На каком-то военном самолете, потому что рейсов обычных не было.
Просто потому, что дозвониться до меня не мог.
Это же был ты, Витя.
Этим и покорил меня - романтикой, напором.
А теперь где все это?
- Видишь ли, Танечка, так все устроено.
Никто не бегает по болоту за уткой, после того как ее съел.
- Есть пары, в которых на всю жизнь взаимное уважение, интерес.
- Такое я видел только в кино.
В жизни, увы, подобного не встречал.
- О! На дуэль собираетесь, Ваша честь?
- Чего приехал-то?
- Нужен совет. У меня тут дилемма:
сказать Татьяне, что ей муж изменяет, или не сказать?
Если скажу правду, то, скорее всего, она разведется,
а если совру, сохранит семью.
- Ты лично хочешь, чтобы она развелась?
- Ну... - Значит, выбор между счастьем
и совестью - плохой выбор.
- Как ты всю жизнь прожил один, а? - А я не тешил себя иллюзией,
что могу сделать кого-то счастливым.
Раньше думал иначе, но это плохо кончилось.
Поэтому выбрал совесть.
- А я, похоже, однолюб. - Да откуда ты знаешь-то?
Я вот тоже так раньше думал, пока... Ладно.
Короче, если ты ее действительно любишь, то поступишь в ее интересах.
- Вот я бы не смог быть судьей.
- Человек не знает, на что способен, пока не превратит это в личный опыт.
Только как с этим жить?
- Сири! Я дома.
А я не одна. С "Анной Павловой".
Правда я сегодня видела не менее уникальную диву - Маргариту Дежур.
Но в честь нее пирожное еще не назвали.
А если бы и назвали, то оно бы было, наверное,
с каким-то таким странноватым привкусом.
Давай съедим, и у нас настроение улучшится.
Вот это тебе поднимет настроение? - А что это такое?
- Телефон художественного руководителя струнного квартета,
который мечтает, чтобы на виолончели в его квартете играла именно ты.
Целуй. - Спасибо огромное.
- Ну? Пополам? - Спасибо.
- Пробки, что ли?
Рома!
Пробки проверь.
Никого не дозовешься.
Рома! Ты меня слышишь или нет?
Рома!
Ой!
Вы кто?
Что вы здесь делаете?
Не молчите. Я вас не боюсь.
(Звонит телефон.)
- Что случилось? Здравствуйте.
- Здравствуйте. Прошу вас, проходите. - Спасибо.
- Прошу вас. - О-о-о!
- Да. У нас тут как в музее, правда? Прошу вас.
- Сюда? - Да. - Жаль, что у нее детей не было.
- Это да.
- И рухнула от страха в обморок как институтка.
Причем не в первый раз. - А что не в первый раз -
рухнули в обморок или человек появился?
- И то и другое. Просто в прошлый раз
он стоял снаружи, а сейчас сидел внутри.
И когда он стоял снаружи, он глазел на окна.
Я крикнула, что вызову полицию. Так этот наглец даже не шелохнулся.
- Вызвали? - Нет. - А почему?
- Во-первых, он ушел. А во-вторых, я уверена,
они бы не приняли меня всерьез.
- А когда это было? - Приходил нотариус.
- А можно полюбопытствовать зачем?
- Я составляла завещание.
Это мартини. - Да. - Сухой.
Каждый день пью на ночь. Рекомендую.
Если я и умру во сне, то хотя бы веселой. Рекомендую.
- А что же мне позвонили-то, а не брату?
- В прошлый раз, когда я позвонила, это закончилось кабинетом психиатра.
И вообще, мой брат - ничтожество и подкаблучник.
У него собственных мыслей вообще нет. А те, что нашептывает жена
ну Наташа, - не отличаются интеллектом, разнообразием.
- Ну, в общем-то, их можно понять. Да. Труп то есть, то его нет.
- Труп забрал убийца.
Этот несчастный пришел, наверное, раненный,
хотел спрятаться от убийцы.
Но было слишком поздно. Вот и все. Понятно?
- Ну да.
- Я ничего не слышал. Спал в своей комнате.
- Как - в своей? А вы что, не с Дежур спите?
- А с чего мне спать с ней вместе? - Это я глупая, простите. Ну правда.
- Я гость здесь, пока у меня ремонт идет.
Маргарита сказала, что дом большой, пустой,
так что постояльцы не помешают. - А как вы с ней познакомились?
- Через литагентство. - Понятно.
А Дежур прямо вот здесь труп увидела, да?
- Да. Но мне кажется, ей это почудилось.
Знаете, даже молодой в темноте висящий на двери халат
может за человека принять. А что уж говорить про старушку,
которая еще это дело любит.
Да вы сами видели. Там все чисто:
следов крови ни на диване, ни на полу нет.
Да и как он сюда зашел? Дверь не взломана.
Стеклопакеты на окнах целы. Черного входа в доме нет. Так что...
Вы знаете, я спать жутко хочу. - Да, я тоже.
- Мне завтра рано машину Маргариты на сервис везти.
Я бы проводил вас и лег бы спать. - Да.
А, да, уже поздно. Спасибо.
- Послушай, пожалуйста. Если вдруг Варя начнет заболевать,
дай ей все лекарства, которые я... Список на столе оставила.
Бульон для супа - в морозилке. Если Гриша не захочет,
тогда просто ему курицу с овощами дай.
Главное, пожалуйста, следи за бойлером и датчиками газа.
Если что, огнетушитель там в кладовке. Ладно?
- Так, стоп, я отказываюсь. Я не могу сидеть у тебя.
- Что такое? - Если, не дай бог, за эти два часа,
пока ты отсутствуешь, будет какое-то наводнение здесь
или метеорит упадет в этот дом, - у меня нет инструкций,
я не буду знать, что делать. - Прости, мамуля, я жутко нервничаю.
- Вспомни, какая у тебя фамилия. - Кольцова.
- Марфина ты.
Очень талантливый музыкант Марфина. У тебя все получится.
- Спасибо. Спасибо, мамуля. Все, поехала.
- Давай. Помочь?
Секунду. - Спасибо. - Давай, крошка.
- Все. - Все. С богом.
- Простите. Вы Агата Денисовна Марфина?
- Да. А что? - Извините, я Александр,
брат Маргариты Генриховны Дежур. У меня к вам деликатный разговор.
- Ну я не знаю... Ну проходите. - Благодарю.
- Кристина! - Вроде я все сказала.
- Простите, я вчера забыл вас предупредить,
что Кольцов подозревается в совершении преступления.
Общаясь с ним, вы подвергаете себя опасности.
- Какое преступление? Что-то финансовое?
- Не совсем. Уголовное. Убийство любовницы.
И возможно, даже не одно, а серия.
Простите еще раз.
- Он что, маньяк? - Еще какой.
- Вы слышали про Библию Иоганна Гутенберга?
- Да, я слышала. Если я правильно помню,
это первая напечатанная книга в мире. - Да.
Один лист из этой книги стоит не менее 100 тысяч долларов.
- Да, я слышала. - А у Марго их три,
и одна из них - с иллюстрациями. Подарок поклонника из тех времен,
когда она была в зените славы. Но теперь их нет.
Я думаю, что за этим стоит Роман. - Секретарь?
Вы считаете, что секретарь мог украсть?
- Скорее, редактор, и, может быть, не украл,
но выманил обманом или манипуляциями, как впрочем, и все остальное.
- А что все остальное? - Марго дарит этому субъекту подарки,
покупает вещи. Моя жена Наталья
регулярно приходит к Марго помогать по хозяйству
и иногда обнаруживает исчезновение очень дорогих вещей,
которыми мало пользуются.
Прямо обвинить Романа в воровстве я не могу,
но вещи стали исчезать именно после того, когда он появился.
- То есть вы хотите сказать, что Роман - альфонс?
- Да, и пытался донести это до сестры, но я для нее не авторитет.
Поэтому, когда Марго рассказала про встречу с вами,
я решил это использовать. Так как вы человек незаинтересованный,
к тому же с репутацией сыщика, вы можете открыть глаза на Романа.
Только не говорите ей о нашем разговоре.
- А откуда взялся этот Роман? - Со слов Марго,
он редактор в каком-то литературном агентстве -
кажется, "Магнум". - Литературное агентство...
-Здравствуйте! Я Татьяна Кольцова, на прослушивание.
Я от Маргариты Генриховны Дежур. - Проходите, пожалуйста.
Денис Одинцов. Татьяна, ваше резюме - услада сердца.
Такой прекрасный симфонический оркестр, международные конкурсы...
А у нас тут все по-домашнему, скромно.
Виолончелистка внезапно ушла в декрет.
У нас свой сайт, программа, материалы для квартета - не отступить.
- Вы знаете, давайте вы меня сначала прослушаете, потом решите, ладно?
А то вдруг я вас разочарую. - Конечно. Проходите.
Я сам, я сам. Проходите. - Спасибо.
- Так, "Магнус"... - Не "Магнус", а "Магнум".
Это латынь, а не заклинание из "Гарри Поттера".
- Угу, нашел. Так, "Литературное агентство полного цикла".
Переходим. "Услуги".
"Помощь в написании, издании и продвижении вашей книги".
Тут только один контакт сотрудника Зотова Елена Юрьевна.
- Для начала хватит. Распечатай.
- Елена Юрьевна, это к вам - с собакой.
- С кем? - С собакой. Проходите, пожалуйста.
- Пойдем. Благодарю. Здрасте!
- Здравствуйте. - Сири, сидеть!
Тебе удобно?
- Слушаю. - А что тут слушать?
Мы пишем стихи. Вот, хочу издать свой сборник.
Название я уже придумала: "Три хризантемы".
- Ну, весьма продающее название. - Да. Мне нужен редактор.
- Вы знаете, это будет недешево.
Сейчас найти хорошего редактора непросто.
- Да. Все дело в том, что мой муж оставил мне не только виллу
на Средиземном побережье, но и много-много-много долларов.
А хорошего редактора я знаю. С ним сейчас работает моя подруга Дежур.
Роман Цифра.
- Кто? - Роман Цифра. Я хочу его.
- А, этот. - Да.
- К сожалению, тут не все так просто.
(Звучит музыка.)
(Аплодисменты.)
- Зотова - она сама вышла на эту диву Дежур
и предложила: "Давайте вместе с вами издадим мемуары.
Вам только нужно будет наговорить свои воспоминания,
а специально обученный человек уже придаст
красивую литературную форму.
Дежур говорит: "Нет, я буду писать мемуары сама".
Она говорит: "Нет, смотрите! Вот вам три редактора, пожалуйста,
на выбор". Дежур не нашла ни с одним общего языка,
Зотова не знает, что делать, мучается,
и тут вдруг приходит Дежур и говорит: "Вот с этим Романом
я буду работать, он будет моим редактором".
Что остается агентству? Брать его как бы на работу
и платить ему зарплату.
Вот они и платят. Роман этот редактирует мемуары,
а все агентство редактирует Романа, потому что он такой же редактор,
как Дежур литератор. В общем, такая запутанная история.
- Н-да... Я так понимаю, что в мемуарах много грязного белья.
- Конечно! - А публика же это любит.
Видимо, Зотова решила заработать на такой диве, как Дежур,
гораздо больше и покрыть все расходы. Правильно? - Угу.
- Как вам удалось ее разговорить?
- "Здравствуйте, очень приятно. Я поэтесса Лариса Дубальская".
Что вы смеетесь? Мне даже стихи пришлось сочинять на ходу.
- А зачем вы мучились-то? Возьмите мои.
- Да нет, ваши слишком хороши, а мне нужны были стихи бездарные,
чтобы войти в доверие. - Я как-нибудь воспользуюсь
вашим методом на допросах. - Хорошо.
- Н-да. Но тем не менее вы же понимаете,
что, если Дежур содержит этого Романа по собственному желанию,
нам нечего ему предъявить. Быть содержанцем у нас не преступление.
Ему нужно совершить мошенничество, взять на жертву кредит,
оформить ипотеку, украсть -
и тогда только можно подавать в полицию заявление.
- Александр сказал, что кражи были.
- У него ничего не украли. Нужно заявление от пострадавшего
либо от свидетеля. Он видел, как Роман брал эти вещи?
Тогда увы.
- Таня?
- Привет. - Привет, Эдик.
- Таня...
- Меня взяли!
- Я так и знала! - Буду играть в квартете, мама.
- Садись. Рассказывай. - Я так рад! Я поздравляю!
Ты будешь заниматься любимым делом. - Спасибо, Эдик!
- Тогда план Б.
- Эдик! Подожди.
Скажи, пожалуйста, тебе удалось что-то выяснить
по поводу того телефона? - Ага.
- Ну и?
- Телефон принадлежит некому Иванову. У него действительно есть любовница,
вот через нее-то мы его и нашли.
- Получается, Витя правда ни в чем не виноват?
- Угу. - Уф!
Спасибо тебе огромное! Ты не представляешь,
какое это для меня облегчение. - Рад стараться.
Поздравляю тебя. Что тебя взяли - это здорово.
Не каждая женщина может найти в себе силы и после такого перерыва
возобновить карьеру. - Спасибо!
- Виктору очень повезло.
- Добрый день! - Здравствуйте!
- А Агата Денисовна вернулась? - Да-да, мама дома.
Хотите зайти? - Нет, я только цветочки передать.
- Как это мило! Можно я уеду?
- Счастливо!
- Что это с ним? Магнитные бури? - Не знаю. Вы точно не зайдете?
- Нет-нет. Нет. Спасибо.
До свидания. - Хорошо. - Матушке привет.
- Передам.
- Светлана Ивановна, на пробежечку? С утра попрохладнее было.
- Вообще-то, я вас искала, Игорь Борисович.
- Ума не приложу зачем. - Пока вы здесь медитируете,
Лопатин и Марфина сближаются как намагниченные.
Я бы на вашем месте обратила на это внимание.
- Я? Почему?
- Только при мне притворяться бесполезно:
я же вижу людей насквозь. - Да? - Да.
- С такими возможностями вам бы в рентген-кабинет устроиться.
- Вы зря иронизируете, я ведь волнуюсь за ваши интересы.
Какая бы вы были прекрасная пара с Марфиной!
Вы помните, как все начиналось? За любовь надо бороться.
Вот подумайте: сегодня она с Лопатиным играет в шахматы,
в преферансы, а завтра в одной постели проснется.
Если уже не проснулась! - Агата Денисовна - взрослая женщина
в свободной стране - имеет право выбирать, как проводить досуг.
А вы-то что? Со своим биноклем!..
У вас что, личной жизни никакой нет, что ли?
- Послушайте, а у вас что, есть?
Я вас тоже видела с тетрадочкой. Чем она лучше моего бинокля?
Так что не вам меня осуждать.
Я, во всяком случае, пытаюсь, а вы... Такой монах весь!
Лицезрите наши мирские копошения с высоты своей мудрости...
Только это все неправда. - Вы ведь куда-то бежали?
Вот и бегите.
- Вы трус.
- Так, по какому поводу шикуем?
- Я устроилась на работу. - В смысле?
- Буду играть в квартете.
- Мамуля, мы все за тебя очень рады. - Это очень классно!
Мы все очень рады! - Теперь будем самостоятельные.
- Ну, тогда давайте есть.
- Ой, ее же порезать надо. Я сейчас...
- Дядя, ты чего? Куда ты полез?
Ты еще раз хочешь сломать шейку бедра себе?
- Держи. - Это что?
- Держи. - Дядя...
- Сегодня обнаружил...
- Что? - Пузо...
...нашел. - Что ты нашел?
- У себя пузо нашел.
А давно оно у меня там?
- Да всю жизнь, дядя. - Да ладно!
- Да, я сколько себя помню, оно всегда было.
Ты вообще уверен, что тебе разрешены нагрузки?
Нет, ты только ходить начал! Может, проконсультироваться с неврологом
насчет разрешенной нагрузки? - Врачи только запрещать умеют.
Разрешать они не научились. - Куда ты тащишь-то, а? - Нормально.
А ты-то решил что? - Да нет.
Я не сказал Тане правду про Виктора. Ну и дурак.
Благородный, но дурак. За любовь надо сражаться,
а то останешься под конец жизни один со своим пузом.
- Да? А как же разговоры, что ты никого не способен
сделать счастливым? - Я понял, что это не в моих силах.
Если человек хочет страдать, я ничего не могу поделать.
В конце концов, живем в свободной стране.
- А что случилось? Что ты так быстро переобулся?
- Я услышал голос разума.
- Дядя, осторожнее с голосами: это верный признак шизофрении.
- Она? Я не готов!
- К чему? - На, держи.
- Дядя, мы договорились... - Открой ей сам. Отдай.
(Звонок в дверь.) - Мы договорились встретиться с ней,
обсудить Дежур, дядя. - Открой сам. - Сам?
- Да. (Звонок в дверь.)
- Здрасте. - Здрасте. - А я звоню-звоню -
думаю: дома никого нет. - А вы заходите.
- Спасибо. А где дядя?
- Я только-только сам зашел. Дядя занимается. Там, наверху.
- Чем? - Делами. - А...
- О!.. - О!.. Здрасте.
- Здрасте. - Занимаетесь?
- Так, иногда. Хотел Эдику показать кое-какие упражнения,
а то живот растет уже.
- Сколько здесь? - Пяток килограммов.
- А, 5 килограммов? Пустяки.
- Ну, у меня есть еще и 25. - Да? - Прошу.
Давай тренируйся.
- А где суп? - Прокис - я вылил.
- Как - прокис? Я же его только вчера сварила.
- А, по-твоему, я съел? Маргарита сказала: "Кислый" -
я вылил. Не дури, Наталья.
- Сырнички. Пожалуйста, угощайтесь. Все делал своими руками.
- Правда? - Конечно. - Да ты сегодня
просто человек эпохи Возрождения. - Почему? Я всегда человек.
- Эдуард, я вас прошу еще раз повнимательнее осмотреть дом Дежур.
Но нужно это сделать обязательно со специалистом.
- Хорошо, я возьму Леву. - С вареньицем, может, вкуснее?
- Нет, спасибо. - Вряд ли можно доверять мнению Романа,
поскольку он уже раз обманул, когда сказал,
что познакомился с Дежур через литагентство.
И потом, как это он так долго спал? - Да.
- Нет, ну внешне, конечно, могло все выглядеть чисто:
он просто прибрал все, пока Дежур была в отключке.
- Сыровато немного, по-моему. - Не нравится - не ешь.
- Хорошо, объясните тогда мне: если там было убийство,
то кого и зачем? - Для этого и нужно осмотреть
еще раз со специалистом дом. Если это место преступления,
то обязательно там что-то должно остаться.
Нет, прекрасные сырники. - Правда? - Правда.
- Еще угощайтесь. С вареньем. - Да, я... Да.
И еще один вопрос. Меня насторожило, что Дежур говорит о завещании.
Зачем ей завещание, если по закону все равно
после ее смерти все переходит прямым родственникам,
а стало быть, Александру, брату?
- Завещание делают, если хотят,
чтобы правила наследования отличались от тех,
что установлены законом.
- Она изменила условия в пользу Романа?
- Это самый простой ответ.
Я бы хотел больше участвовать в этом расследовании.
- Но, к сожалению, у тебя нет времени:
ты же хотел полностью погрузиться в спорт, сбросить вес...
- Не сбросить вес, а нарастить мышечную массу.
Ты опять все не так понял.
- Нет, вы же можете проследить за Александром.
Он вас не знает, в отличие от меня. - Замечательная идея,
Агата Денисовна! Замечательная просто!
- Наташа! - Ай?..
- Кондиционер, с которым ты стираешь, пахнет ладаном.
Я лежу в постели, как в гробу на усыплении!
- Я тебе другой куплю. - Не надо мне другой.
И гладь, пожалуйста, лучше! Я не выношу мятое!
- Ну хорошо. Я тебе супчик сварю свеженький?
- Ты слышишь?! Я говорю про белье, а не про супчик!
- Это что такое? - Да непонятно:
то ли ткань проклеенная, то ли кусок пластика.
- Ты думаешь, это кровь? - Думаю, да.
- Слушай, пока Романа нет, давай еще кое-что сделаем?
- Противозаконное? - Конечно.
Идем. - Юра, посмотри тут.
- Лева... Лева, надо найти комнату Романа.
- Ты готовишься к психиатру? - Да сама иди к своему психиатру!
- Марго, в этом нет ничего постыдного. - Надоела!
Пошла вон! Убери!
- Да... Лучше видеть их на сцене, чем знать в жизни.
- Наталья! - Да? - А можно вас на минутку?
Я все понимаю, всякое бывает. Вы не покажете нам комнату Романа?
- Да, конечно. Только она наверху.
- Тоже наверху? Тогда позже. - Угу.
- Спасибо, что рассказали. Но это, конечно, очень тревожный симптом.
- Да. - Она буквально сдает на глазах.
- То есть вы не допускаете, что в гостиной был труп?
- Нет. - А вы знаете, что у Дежур есть завещание?
- Что? - Завещание.
- Нет, впервые слышу. - Угу...
- Извините, мне нужно вернуться к работе.
- Да, конечно.
До свидания. Спасибо.
- Натуся, ну что я могу поделать?
Родственников не выбирают. Держись, пожалуйста.
- Извините, магазин закрыт.
- Простите, я хотел бы жене подарок купить.
- Извините, у нас переучет. - А...
Переучет у них.
- Холодов, вы в своем уме? Как вы сюда попали?
- Через забор перелез. - А зачем такие сложности?
- Ну чтобы не звонить, не будить никого.
Жду вас через пять минут на улице. Без животного, пожалуйста.
- Сири, за мной.
- Что это такое? - На самокате давно катались?
- В детстве, наверное, последний раз.
- Идти нам далековато, так что... Поехали?
- Поехали. Показывайте дорогу - я за вами.
- Давайте.
- Марго, я приготовила тебе твою любимую солянку.
Хочешь, принесу?
Марго, ну пожалуйста. Ну я же не сказала ничего оскорбительного!
Марго! Ну... Ты что, плачешь, что ли?
Марго...
И хватит пить, слышишь? Это тебя убьет.
Ну хватит, Марго!
(Кричит.)